dagon v puritanskom massachusetse - Дагон в пуританском Массачусетсе

Дагон в пуританском Массачусетсе

Уилл Мюррей

Дагон в пуританском Массачусетсе

Статья о Г.Ф. Лавкрафте и языческих верованиях.

Одна из загадочных вещей в Мифах Ктулху Г.Ф. Лавкрафта – включение того, что он называл «древней филистимской легендой о Дагоне, Боге-Рыбе» [1], в пантеон, который содержал таких вымышленных сущностей, как Ктулху, Йог-Сотот, Нуг и Йеб. Эта аномалия может быть связана со склонностью Лавкрафта задним числом включать элементы, не входившие в Мифы, из его ранних рассказов в поздние – деятельность, которая, кажется, стала для него привычной в 1930 году, когда появилась повесть «Шепчущий во тьме». В этой истории концепции других писателей, как предшественников, так и современников Лавкрафта вставлены в текст таким образом, что намекают на их важность, хотя на самом деле это может быть комбинацией атмосферности и развлечения со стороны автора.

Таким образом, когда Лавкрафт ввёл Эзотерический Орден Дагона в «Тень над Иннсмутом», это автоматически связало его до-мифологический рассказ 1917 года «Дагон» с основной темой его сочинений. Дагон, изображённый как гигантский прото-Ктулху в раннем рассказе Лавкрафта об ужасе в Северном море, напрямую не связан с его более поздней повестью о странном культе в прибрежном городе Массачусетса. Эзотерический Орден Дагона, согласно этой истории, был «примитивным квази-язычеством, импортированным с Востока столетие назад» [2], когда капитан Обед Марш привёз свою нечеловеческую жену домой из Южных морей. Дагон в этой повести связан с поклонением Ктулху, он зовётся «Отец Дагон» [3].

Согласно Роберту М. Прайсу в его статье «Настоящий Отец Дагон» [4] это может быть просто другим именем, под которым древние люди поклонялись Ктулху. Прайс указывает, что поклонение Дагону часто упоминалось в Библии уничижительным образом, отмечая, в частности, разрушение Самсоном храма Дагона в «Книге Судей» и уничтожение статуи Дагона с помощью Ковчега Завета. Он также опровергает распространённое мнение о том, что Дагон был чем-то вроде морского бога, хотя это убеждение сохранялось веками. Но остаётся вопрос: откуда Лавкрафт взял идею Дагона?

Конечно, вероятный источник – Библия. Лавкрафт, несомненно, был детально знаком с ней [5]. Затем был роман Герберта С. Гормана о колдовстве в западном Массачусетсе, «Место, называемое Дагон» (1927). Но Лавкрафт не мог читать этот роман в 1917 году. Вероятный ответ более неясен, и это делает его вдвойне интересным.

На самом деле Дагон может войти в Мифы через заднюю дверь так называемых Ново-Английских рассказов Лавкрафта, а не из-за какой-либо его попытки подвести ранние произведения под единый тематический зонтик. Ибо Дагон – единственный из всех существ Мифов, кто присутствовал в первые дни любимых Лавкрафтом колониальных времён.

Я живу в городе Куинси, штат Массачусетс, всего в десяти минутах ходьбы от Мосветуссет-Хаммока, где высадился Майлз Стэндиш, и резиденции индейцев Массачусет, давших название этому штату. На противоположном конце Куинси-Бэй расположен Мерримаунт, ныне небольшой холмистый парк, но в прошлом являвшийся довольно известным поселением после того, как некий капитан Уолластон основал его, а затем покинул это место. После того как он уехал в Джеймстаун, штат Виргиния, в 1627 году человек по имени Томас Мортон, юрист и авантюрист с дурной репутацией, узурпировал власть в поселении, известном тогда как Маунт-Уолластон, и переименовал его в Мерри-Маунт (Весёлая гора). Но, чтобы не оскорбить южных паломников Плимута, он сделал вид, что его название пишется «Mare Mount», что означает «Гора у моря» [6].

Мортон и его люди избегали контактов с другими поселенцами в пользу совместного проживания с индейцами, которым он продавал спиртное и огнестрельное оружие, к большому ужасу других жителей. Мерри-Маунт являлось не более чем меховой факторией, поселение прославилось своей распущенностью и анархией. Мортон провозгласил себя «Повелителем Беззакония» [7], и в первый день мая 1627 года он вместе с местными индейцами воздвиг восьмидесятифутовую, увешанную гирляндами сосну, с оленьими рогами на макушке. Это было печально известное майское дерево, вокруг которого они танцевали и напивались, подобно тому, как это прославляется в рассказе Натаниэля Готорна «Майское дерево Мерри-Маунта». Такие танцы были в обычае у друидов.

Языческий характер жизни на Весёлой горе настолько шокировал благочестивых пуритан, что они стали называть это поселение оскорбительным именем, вдохновлённым, без сомнения, библейскими историями о филистимлянах и их идолопоклонстве. Как однажды заметил Лавкрафт, «Старые пуритане всегда были открыты для библейских аналогий, они черпали имена и названия из Священного Писания для своих целей» [8].

Вместо этого они назвали Веселую гору «Маунт-Дагон» [9].

Это было название, которое, возможно, никогда бы не было записано для потомков, если бы не тот факт, что индейцы, которым Мортон продавал выпивку и оружие, начали совершать убийства, что возмущало отдалённых поселенцев.

Те, кто жил в Плимуте, пытались урезонить Мортона, но он дал им отпор. Поэтому они послали Майлза Стэндиша и отряд из восьми человек, чтобы взять Мортона силой. Затем его отправили обратно в Великобританию. После ухода Мортона губернатор Джон Эндикотт, которому был выдан патент на Компанию Массачусетского залива, в которую входило и поселение Маунт-Уолластон, отплыл в то место, которое позже станет Куинси-Бэй, чтобы взять под контроль оставшихся поселенцев.

Первое, что сделал Эндикотт – срубил языческое майское дерево. Второе – прочитал поселенцам лекцию, чтобы они отказались от своих языческих обычаев. Чтобы опозорить их, губернатор переименовал Мерри-Маунт, официально дав этому месту название и произношение Маунт-Дагон [10].

Неизвестно, какое влияние это название оказало на тамошних жителей, но без Томаса Мортона они постепенно ассимилировались в колониальный поток. И хотя Мортон позже вернулся в Массачусетс, он был арестован за некоторые незаконные действия, включая написание «недружественной книги» [11] (его «Новый Английский Ханаан») и умер, будучи постаревшим, полусумасшедшим и сломленным.

Со временем, когда его культ был забыт, название Маунт-Дагон было отброшено, и холм снова стал известен как Мерри-Маунт, сегодня пишется Мерримаунт.

Но это ещё не конец истории Дагона в Массачусетсе. Как символ нового мирового язычества и вседозволенности он, кажется, сохранился. Свидетельства Дагонизма – если дать этому туманному феномену название – можно найти на кладбище Холма Коппа, буквально за углом от бывшей студии Ричарда Аптона Пикмана, в призрачном Норт-Энде Бостона. Среди надгробий, большинство из которых датируются 1600-ми и 1700-ми годами, есть несколько, на которых отсутствуют обычные изображения мёртвой головы или херувима. Несколько надгробий, истёртых и потрескавшихся от времени, изображают настоящие резные фигурки Дагона, то есть популярное представление о Дагоне как о получеловеке-полурыбе.

Эти конкретные могилы появились через пятьдесят лет после событий в Маунт-Дагоне, и их ничего не связывает с язычниками, кроме предположений. По словам Аллана И. Лунвига, все эти надгробия являются работой одного неизвестного резчика по камню, который подписывал свои работы инициалами «Дж.Н.» и который «был первым резчиком Новой Англии, использовавшим загадочных Дагонов или Тритонов, украшавших его самые характерные памятники» [12]. Далее Лунвиг говорит, что “Использование Дагонов на пуританских надгробиях вызывает недоумение в свете того факта, что они были связаны с язычеством и злыми деяниями Томаса Мортона и его весельчаков… И всё же языческие Дагоны остались украшением могил многих приличных бостонских семей в конце 17-го века, несмотря на инцидент в Маунт-Дагоне несколько лет назад» [13].

Гарриет Меррифилд Форбс, исследовательница, занявшаяся этим вопросом раньше Лунвига, не называет эти образы Дагонами, но вместо этого предполагает, что они призваны отображать двойственность Христа или, возможно, сирен, которых она описывает как «посланников Прозерпины, чьей обязанностью было переправлять души умерших в Ад» [14]. Несмотря на то, что люди того времени «жили в мире, населённом библейскими персонажами», и что они часто соединялись с «чудесными созданиями языческого мира» [15], связь с Дагоном, по-видимому, ускользала от неё.

Форбс, однако, отмечает, что она обнаружила четырнадцать из этих загадочных резных фигур, «из которых одиннадцать находятся в Бостоне, одна в Дорчестере, одна в Западном Роксбери и ещё одна в Портсмуте, штат Нью-Гэмпшир; эта последняя, однако, была создана бостонцем» [16]. Она также отмечает детскую гробницу, на которой «изображена крошечная русалка, поднимающаяся за табличкой с текстом» [17]. Короче говоря, эти резные изображения представляют собой весьма локализованное явление, ограниченное Бостоном, который примыкает к Куинси.

В Бостоне я нашёл восемь надгробий с изображением Дагона. На Амбарном Кладбище захоронены четверо: Бенджамин Хиллс, умерший в 1683 году, Джейкоб Элиот (умер в 1693-м), Асаф Элиот (умер в 1685-м) и младенец Манго Крафорда (умер в 1688-м). На Холме Коппа можно найти четыре надгробия, принадлежащие Майклу Мартину (ум. 1682), Уильяму Гриноу (ум. 1693), Мэтью Питтому (ум. 1693/94) и Джону Бриггсу, без даты. За исключением надгробия младенца все резные орнаменты повторяют один и тот же образ – два Дагона, часто крылатые, с длинными перистыми хвостами, обрамляющими богато украшенную вазу или урну. Крылатые головы смерти, столь обычные для надгробий старой Новой Англии, иногда парят над ними. Некоторые из этих Дагонов являются женщинами.

Никто не знает, почему на некоторых надгробиях вырезаны изображения Дагона, но общепринятая мудрость заключается в том, что это – изображения Дагона, а не русалки или кого-то в этом роде, хотя их иногда называют Тритонами, а женские версии – Нереидами. Лунвиг, кажется, предполагает, что это могут быть надгробия некоторых последователей Мортона, и что эти изображения символизируют их дикую молодость, как знак позора на одежде Эстер Принн из романа «Алая буква» Готорна.

Можно предположить, что некоторые из последователей Мортона продолжали тайно совершать некоторые обряды из Маунт-Дагона, и они устроили так, чтобы изображения Дагона были вырезаны на их надгробиях в знак гордости или оскорбления пуритан. Никто не знает, что стало с последователями Мортона. Даже их имена, за двумя исключениями, утеряны для истории [18]. Но эта теория не подтверждается тем, что мы знаем, например, о Бенджамине Хиллсе, который умер в возрасте 23 лет, и Мэтью Питтоме, умершем в девятнадцать лет, и о младенце, умершем в девятнадцать недель. Все они были слишком молоды, чтобы жить в Маунт-Дагоне. Капитан Уильям Гриноу и Джейкоб Элиот, оба умершие в августе 1693 года от лихорадки, привезённой в Бостон из Вест-Индии на корабле, также не могли развлекаться с приятелями Мортона. Гриноу родился в 1641 году, более чем через десять лет после инцидентов на печально известной горе, а Элиот служил церковным дьяконом. На самом деле, ни одно из надгробий, которые я смог датировать – некоторые были разрушены погодой и вандализмом – не принадлежит людям, жившим во времена расцвета Маунт-Дагона.

Тогда как же это объяснить? Может быть, это дети сподвижников Мортона? Или годы их смерти имеют какое-то особое значение? Каждое надгробие с изображением Дагона принадлежит кому-то, кто умер в десятилетний период между 1683 и 1693 годами – период Салемских процессов над ведьмами, если это что-то значит. Или, возможно, ответ нужно искать, отталкиваясь не от личности умершего, а от резчика по камню, как предполагает Гарриет Меррифилд Форбс. О таинственном Дж. Н. она пишет: «Либо он обладал большим запасом воображения, чем любой другой его современник-резчик по камню, либо у него имелись другие источники вдохновения. Было ли у него какое-то влечение в область фантазии, из-за которого он изображал свитки, арабески, необычные растения и странные существа вместо привычных образов?» [19]. Мог ли Дж. Н. являться бывшим членом группы Мортона, которая, как предполагалось, состояла только из семи человек? Неужели само его имя скрыто по этой причине? Мог ли он изобразить Дагона на могилах респектабельных бостонцев как изощрённую форму травли пуритан? Это дело остаётся загадкой. Но связь между странными надгробьями и Маунт-Дагоном остаётся возможной гипотезой, которую нельзя доказать.

Легенды, возникшие в Маунт-Дагоне, несомненно, достигли ушей Г.Ф. Лавкрафта (и, скорее всего, вдохновили Гормана на сочинение романа «Место, называемое Дагон»). Лавкрафт определённо был знаком с историей Томаса Мортона, поскольку упоминает «Томаса Мортона из Мерримаунта» в письме Уилфреду Бланшу Талману от 24 марта 1931 года [20]. Лавкрафт, возможно, даже посетил место бывшего поселения Маунт-Дагон во время своего краткого визита в Куинси в тридцатых годах. И во время поездки в Норт-Энд в 1926 году он, скорее всего, заметил изображения Дагона на могильных камнях кладбища на Холме Коппа. Если нет, то было бы ужасной иронией, если бы он пропустил их!

Человек, погружённый в Лавкрафтиану, мог бы, я полагаю, выдвинуть интересный тезис, объясняющий всё это: Томас Мортон был первым идолопоклонником Ктулху в Новом Свете, а майское дерево служило центром контакта между Колониальной Новой Англией и Великими Древними, и что Дагонизм, чей многовековой отпечаток всё ещё можно найти на некоторых бостонских кладбищах, в конце концов мигрировал на север в Иннсмут в форме Эзотерического Ордена Дагона. Но это всё измышления. История говорит нам, что тень Дагона упала на Массачусетс почти с самого начала колониального периода и оставалась тёмным присутствием, по крайней мере, в течение пятидесяти лет. Конечно, Лавкрафт, сам погружённый в историю Новой Англии, в очарование тёмных закоулков этой истории, был знаком, как минимум с некоторыми из легенд, и это вдохновило его на воскрешение полузабытого филистимского бога Дагона.

Примечания:

1. Лавкрафт, «Дагон» (издание 1965 года), стр. 7.

2. Лавкрафт, «Ужас в Данвиче» (1984), стр. 312.

3. Там же, стр. 337.

4. «Crypt of Cthulhu», 2, № 1 (День Всех Святых, 1982), 23 -24. Статья появилась под псевдонимом Прайса – Гарольд Хэдли Коупленд.

5. Обратите внимание, что Зэдок Аллен в «Тени над Иннсмутом», ссылаясь на Дагона, произносит это имя на одном дыхании с потоком ссылок на Библию.

6. Уильям Чёрчилл Эдвардс, «Исторический Куинси, Массачусетс» (Куинси: Город Куинси, 1954), стр. 25.

7. Там же.

8. Лавкрафт, «Избранные письма», Том IV (1976), стр. 259.

9. Дэниел Манро Уилсон, «Триста лет Куинси» (Бостон: Райт С. Поттер, 1926), стр. 10.

10. Эдвардс, стр. 27.

11. Билсон, стр. 16.

12. Аллан И. Лунвиг, «Идолы: Резьба по камню в Новой Англии и её символика», 1650-1815 (Миддлтон: «Wesleyan Univ. Press», 1966), стр. 298.

13. Там же. стр. 299.

14. Гарриет Меррифилд Форбс, «Надгробья Новой Англии» (Бостон: Хоутон Миффлин, 1927), стр. 122.

15. Там же, стр. 113.

16. Там же, стр. 121.

17. Там же.

18. Согласно книге «Триста лет Куинси», капитан Эдвард Гиббонс и Уолтер Бэгнолл были единственными достойными жителями Маунт-Дагона, дальнейшая жизнь которых была отмечена в архивах.

19. Форбс, стр. 37.

20. Лавкрафт, «Избранные письма», Том III (1971), стр. 349.

Источник текста: «Lovecraft Studies» 11, Том 4, № 2, осень, 1985

Перевод: Алексей Черепанов

Художник обложки: Тимур Квасов

Февраль, 2021

Jonathan Adams Smith
Jonathan Adams Smith

Бесконечный и неутомимый фанат лавкрафтианы и хоррор тематики, сквозь время и пространство поддерживающий и развивающий сие тему в России и странах СНГ.

Похожие Статьи
Оставить комментарий