Привет, сайт в процессе завершения. Некоторые ссылки могут не работать.
joao mendes eric zhan - Музыка улицы д’Осей: восемь реконструкций

Музыка улицы д’Осей: восемь реконструкций

Благодарим интернет журнал «Горький» и Эдуарда Лукоянова за предоставленный материал для нашего архива лавкрафтианы.
Администрация Lovecraftian Horror

Безымянный рассказчик отправляется в некий город, где он, изучая философию в местном университете, некоторое время снимал квартиру на улице д’Осей (Rue d’Auseil). Ни дома, в котором он жил, ни даже самой улицы он не обнаруживает, но все равно рассказывает историю, которая с ним приключилась в те дни студенческой юности.

Его соседом оказался живший этажом выше немой музыкант Эрих Цанн, играющий в одиночестве на виоле. Мелодии Цанна влекут рассказчика, подобно пению сирены или дудке гамельнского крысолова, и наш герой предпринимает попытку сблизиться с новым знакомым. В ответ старик требует, чтобы молодой студент переселился на этаж ниже и больше никогда не слушал и не вспоминал услышанное им.

В одну из ночей рассказчик все же проникает в комнату Эриха Цанна и слышит чудовищные какофонические звуки, заставляющие его погрузиться то ли в галлюцинаторный сон, то ли увидеть пугающую явь мира (что, впрочем, у Лавкрафта одно и то же). Вот как описана кульминация этого умопомрачения в переводе Людмилы Биндеман:

«Передо мной была кромешная тьма бескрайнего невообразимого пространства, тьма, исполненная движения и музыки, не имеющего ничего общего с земным. И пока я стоял, в ужасе глядя вниз, ветер задул обе свечи в старой мансарде, и я остался один в страшной непроницаемой тьме; впереди — хаос, позади — безумный дьявольский хохот виолы»

Студент бежит без оглядки, чтобы больше никогда не вернуться в злополучное место, где столкнулись два мира – человеческий и не-человеческий.

Таков сюжет «Музыки Эриха Цанна» (The Music of Erich Zann) — блестящей новеллы Лавкрафта, написанной в декабре 1921 года и ставшей одним из лучших опытов писателя в малой форме.

В прозе Лавкрафта музыка и вообще звук играют огромную роль как побочное средство для создания атмосферы ужаса. Его рассказы и повести пестрят описаниями звуков и мелодий внеземного происхождения, которые порой приводят героев даже в больший ужас, чем непосредственное созерцание мерзких пейзажей и их обитателей. Но в «Музыке Эриха Цанна» мелодия становится, по сути, не только полноценным, но и главным героем, главным антагонистом, носителем абсолютного зла. Поэтому в небольшом тексте такое огромное внимание уделено написанию «портрета» музыки, связующей два мира, в один из которых человеку лучше не проникать. Чтобы заставить дьявольскую композицию звучать, Лавкрафт разве что не прилагает к своему тексту партитуру. Но и без нее у читателя есть все сведения, чтобы представить мелодии Эриха Цанна:

«Они напоминали фуги с повторяющимися пленительными пассажами». «Его музыка не терзала мой слух — нет, но она вызывала ощущение внеземного, а порой обретала полифоничность, несовместную с одним-единственным исполнителем». «Однажды ночью, стоя по обыкновению за дверью, я услышал, как визг виолы перерос в ужасающую какофонию, кромешный ад, заставивший меня усомниться в собственном здравомыслии».

«Она казалась мне еще более исступленной, чем все, что я слушал тайком, потому что по выражению лица музыканта я понял, что им движет нечеловеческий страх. Он играл очень громко, желая заглушить или даже отвратить что-то мне непонятное, повергающее его в благоговейный трепет. Игра Цанна, фантастичная, безумная, истеричная, не утрачивала гениальности, свойственной, по моему глубокому убеждению, этому удивительному старику. Я узнал мелодию — это был неистовый венгерский танец, который так часто исполняют в театрах. У меня промелькнула мысль, что я впервые слышу, как Занн играет музыку другого композитора».

«А потом, как мне показалось, я услышал более пронзительный и сильный звук, извлеченный явно не смычком виолы, — нарочитый, дерзкий, насмешливый, доносившийся издалека, с запада». «Голубые глаза, невидящие, остекленелые, вытаращились от ужаса, безумная игра сделалась механической, неузнаваемой, неописуемой какофонией».

Эти описания подозрительно напоминают зародившуюся тогда в Европе додекафоническую музыку, бывшую сперва частью большого авангардного проекта, но после Первой мировой сменившей оптимизм футур-строительства на пессимизм краха гуманистического проекта (совсем неслучайно, например, имя Арнольда Шенберга возникает в эссе Евгения Всеволодовича Головина «Лавкрафт: исследователь аутсайда»).

Но мы бы хотели указать на еще один мотив в лавкрафтовской новелле — мотив общей беды, постигшей и героя, и ложного антагониста.

Как дома на улице д’Осей, соприкасаясь крышами, нечаянно образуют мост, так и рассказчик с Эрихом Цанном посредством музыки образуют мост между друг другом и мирами. Первобытный ужас музыки, поднятый Лавкрафтом из глубин бессознательного, заключается в том, что для музыки необходимо минимум два человека (или существа): исполнитель и слушатель. Но самое страшное заключается в том, что исполнитель далеко не всегда является автором музыки, способной полностью подчинить его своей воле, лишить рассудка, превратить в марионетку (или, если угодно, агента). И слушатель (рассказчик), и Эрих Цанн в равной степени оказываются жертвами, а авторство мелодии, вынесенное в заглавие — всего лишь хитрой ловушкой, поставленной Лавкрафтом в самом начале рассказа.

Разумеется, темные музыканты не могли не обратиться к столь привлекательному сюжету. Из огромных массивов лавкрафтианских записей, вдохновленных «Музыкой Эриха Цанна» мы выбрали восемь, на наш взгляд, наиболее примечательных опытов в разных жанрах, которые теперь и послушаем.

Jimmy Sanchez & His Crystal Balls — Rue d’Auseil (Ballet of Meaningless Gestures, 2020)

Достаточно буквалистская интерпретация музыки, исполненной Эрихом Цанном, неожиданно затесалась на полушуточный альбом музыканта-импровизатора Джимми Санчеса Ballet of Meaningless Gesture. Запись состоит из 24 композиций разной степени бредовости (чего стоит хотя бы трек Capybara in a Dishwasher, «Капибара в посудомоечной машине»), но к делу воспевания лавкрафтовской истории композитор подошел серьезно, создав нечто вроде небольшой додекафонической пьесы на электроскрипке.

Purifier — The Music of Erich Zann (Return, 2018)

Весьма забавную попытку аудиопостановки «Музыки Эриха Цанна» предпринял польский данженсинтовый проект Purifier, уложивший историю Лавкрафта в наивистскую пьесу длиной в одну минуту и десять секунд. Со свойственной жанру аскетичностью Prurifier записывает на midi-клавиатуре композицию из нескольких частей: сперва мы слышим простенький мотив, призванный изображать музыку, которую слышал рассказчик до злополучной ночи, а затем плавное течение незамысловатой мелодии на несколько секунд неожиданно разрывают синтетические звуки скрипки, так же внезапно сменяющиеся уже менее тревожным эмбиентом. Лично нам эта запись симпатична как занятный артефакт самых глубинных подвалов данжена, где аутсайдеры среди аутсайдеров через музыку высказываются в абсолютную пустоту. (Кроме того, у альбома Return, в который она вошла, прямо-таки эталонная обложка).

Ruínas de R’lyeh — A Música de Erich Zann, 2020

Бразилия славна своей грязной и злой музыкальной сценой, рожденной если не в фавелах, то под явным впечатлением от этих уникальных трущоб, которые так и просятся в какую-нибудь из экранизаций Лавкрафта. В этом году сладжевый дуэт из Сан-Паулу с говорящим названием Ruínas de R’lyeh заявил о себе дебютным полноформатником A Música de Erich Zann. Это единое звуковое полотно, условно разделенное на четыре части: Intro, Rue d’Auseil, Metafisica и Erich Zann. Особо не мудрствуя, участники группы в качестве текста взяли отрывки из португальского перевода «Музыки Эриха Цанна» и весьма убедительно нарычали их поверх достаточно типичных сладжевых риффов. Запись получилась из разряда «далеко не для всех», но ценителям жанра будет как минимум любопытно и необременительно послушать эту небольшую пластинку.

Crawling Chaos — Rue d’Auseil (Repellent Gastronomy, 2013)

Еще один ансамбль с говорящим названием Crawling Chaos (не путать с почти одноименным московским сладж-проектом). Rue d’Auseil в интерпретации этой итальянской дэтметал-группы — симпатичное, но тривиальное и скорее сумбурное, нежели тревожное интро к альбому 2013 года Repellent Gastronomy. Сама же богохульная пластинка заслуживает отдельного обстоятельного разговора. Впрочем что интересно, основа этого трека заимствована из сочинения “Музыка Эриха Занна” для контрабаса соло (2010) талантливого композитора Алексея Войтенко (Киев, Украина). Он автор масштабной Книги для 4-х струнных «Музыка Эриха Занна» (2004-2018), фрагменты которого предлагаем вашему вниманию.

_Grass_ — Rue d’Auseil (V, 2014)

Необычную и весьма изящную интерпретацию того, что услышал лавкрафтовский рассказчик на улице д’Осей, предлагает канадский построковый проект _Grass_. Вместо виолы мы слышим гитарный дроун-фолк, диссонирующий с темным, но совсем не мрачным эмбиентом — такую запись ожидаешь услышать на какой-нибудь пластинке Джона Фэи времен его сотрудничества с Джимом О’Рурком. Пусть участники группы и не стремились буквально передать описание музыки из рассказа Лавкрафта, от этой композиции все равно более ощутимо веет ужасом, чем от иных нарочито криповых записей.

Michael Brückner — The Music Of Erich Zann (The Outsider — Music inspired by the life and work of H. P. Lovecraft, 2002)

Композиция немецкого ретроэлектронщика Михаэля Брюкнера отсылает нас не столько к конкретному произведению Лавкрафта, сколько вообще к его эклектичной космогонии. В пределах семи минут на нас вываливается смесь из равноудаленных друг от друга псевдовосточных мотивов и трайбал-индастриала, реконструирующего «первобытный» саунд, а виола звучит так, будто ее взял в руки не старик-немец, а безумный араб Абдул Альхазред собственной персоной. Вышедший почти 20 лет назад альбом уже можно назвать лавкрафтианской классикой; к прослушиванию, что называется, обязательно

AKLO — Rue d’Auseil (Beyond Madness, 2005)

Пожалуй, наиболее точно следующая описанию Лавкрафта композиция записана проектом AKLO, полностью посвятившем свое творчество отвратительным культам обитателей межзвездного пространства, прибывшим на Землю с планеты Юггот. На наш взгляд, эта запись даже слишком следует тексту, но, думаем, более консервативные поклонники писателя найдут ее идеальной.

Ian Moore — Music in the Rue d’Auseil (IJY Pisces 2020, 2020)

Совершенно прекрасная композиция из посвященного Лавкрафту альбома Иэна Мура IJY Pisces 2020. Music in the Rue d’Auseil — это что-то вроде аутсайдерского дарк-джаза от по-хорошему безумного музыканта с окраины Нью-Йорка. Целиком с альбомом, инспирированным в первую очередь «Дагоном», а также с авторскими комментариями к нему можно ознакомиться здесь и здесь. На наш же скромный взгляд, с музыкальной точки зрения это наиболее состоятельная вещь в сегодняшней подборке. Переслушивать ее хочется снова и снова, как рассказчику «Музыки Эриха Цанна» вновь и вновь хотелось услышать в ночи проклятую виолу.

Автор статьи: Эдуард Лукоянов
Автор обложки: João Mendes

LOVECRAFTIAN
LOVECRAFTIAN
lovecraftian.ru

Мы рады что вы посетили наш проект, посвященный безумному гению и маэстро сверхъестественного ужаса в литературе, имя которому – Говард Филлипс Лавкрафт.

Похожие Статьи