Привет, сайт в процессе завершения. Некоторые ссылки могут не работать.
intervju dlja dzhoshi jeod - С. Т. Джоши: Интервью для Э.О.Д.

С. Т. Джоши: Интервью для Э.О.Д.

Сунандр Триамбэк Джоши – известный исследователь творчества Г.Ф. Лавкрафта и литературы ужасов отвечает на вопросы “Эзотерического Ордена Дагона“. Интервью проводилось посредством электронной почты 8-17 марта 2019 года.


Джонатан Адамс Смит: У ГФЛ было много последователей. Скажите, пожалуйста, на ваш взгляд, кто из них ближе всего к творчеству Лавкрафта?

– В Лавкрафтовской традиции есть немало хороших писателей, начиная от его собственных коллег (Кларк Эштон Смит, Роберт И. Говард, Дональд Уондри, Роберт Блох) и заканчивая такими писателями, как Рэмси Кэмпбелл, Томас Лиготти, Кейтлин Р. Кирнан, Джонатан Томас, Коди Гудфеллоу и многими другими. Я хотел бы порекомендовать три превосходных романа в духе Лавкрафта: “Resume with Monsters” (1995) Уильяма Браунинга Спенсера; “Alhazred” (2006) Дональда Тайсона; “The Color over Occam” (2012) Джонатана Томаса. Все эти работы я обсуждал в своей книге “The Rise, Fall, and Rise of the Cthulhu Mythos” (“Hippocampus Press”, 2015).

Джонатан Адамс Смит: Какие из последних прочтённых вами книг современных писателей привели вас в полный восторг?

– Я мало читаю современную литературу, но я написал о нескольких новых авторах сверхъестественной фантастики в своей новой книге “21st-Century Horror” (“Sarnath Press”, 2018). У меня остались яркие воспоминания о таких романах, как “Experimental Film” (2015) Джеммы Файлз, “Phantom Effect” (2016) Майкла Ароновица и “Ритуал” (2011) Адама Невилла.

Джонатан Адамс Смит: Над какой биографической книгой вам было сложнее всего работать? Какой автор оказался наиболее загадочным для общественности?

– В действительности я написал только одну полную биографию – о Г.Ф. Лавкрафте, опубликованную под названием “I Am Providence: The Life and Times of H. P. Lovecraft” (2010). Работа над этой книгой заняла у меня полных два года, и, конечно же, в неё вошли исследования, начавшиеся за несколько десятилетий до этого. Я хотел бы написать биографии Амброза Бирса и Джорджа Стерлинга (поэта из Калифорнии и наставника Кларка Эштона Смита). У меня есть большое количество материала об этих писателях (особенно их неопубликованных писем), но работа по написанию их биографий всё равно будет довольно сложной.

Джонатан Адамс Смит: Сейчас потихоньку возвращается интерес к писателям прошлого времени. Активно снимаются сериалы, фильмы, создаются игры, комиксы и т.д. Как вы считаете, готовы ли люди сегодняшнего дня к возвращению вселенной ГФЛ на большие экраны или ещё не пришло время для этого?

– Я абсолютно уверен, что настало время для хороших кино-адаптаций рассказов Лавкрафта. Несколько важных проектов находится в работе. Я сам тружусь над сценарием фильма под названием “The Lovecrafts”, который является “биографическим фильмом” о самом Лавкрафте. Основное внимание будет уделено его отношениям со своей женой Соней Х. Грин. Я надеюсь, что этот фильм когда-нибудь будет снят. Но полагаю, что мы достигаем стадии, на которой адаптации могут быть эффективными, благодаря развитию спецэффектов и лучшему пониманию истинных источников ужаса Лавкрафта (его представления о космическом безразличии – незначительности человеческой расы в безграничных сферах пространства и времени).

Джонатан Адамс Смит: Помимо Лавкрафта, какие авторы повлияли на вас и на вашу последующую жизнь, на ваше творчество, работу, хобби?

– Благодаря Лавкрафту я открыл для себя произведения Лорда Дансейни, Артура Мейчена, Алджернона Блэквуда и других классических авторов сверхъестественной фантастики. Думаю, что я наслаждаюсь работами Лорда Дансейни даже больше, чем работами Лавкрафта. Меня также очень привлекает традиция сатиры в американской и английской литературе – такие писатели, как Амброз Бирс, Г. Л. Менкен и Гор Видал. Я также нахожу очень сильной классическую поэзию, написанную Кларком Эштоном Смитом, Джорджем Стерлингом, Дональдом Уондри и другими. Я изучал древнегреческую и латинскую литературу в колледже, и работы Гомера, Вергилия, Ювенала, Лукреция и других писателей до сих пор находят отклик в моей душе.

Dr Feelgood: Насколько образован был Лавкрафт на фоне современников, учитывая, что он не закончил школу?

– Лавкрафт стал невероятным “самоучкой”, многому научившись самостоятельно благодаря своей обширной библиотеке книг (в основном унаследованной от деда, но дополненной его собственными приобретениями), а также книгам, журналам и газетам, которые он читал в публичной библиотеке. Его знание наук: химии, астрономии, физики, биологии, палеонтологии и т.д. было особенно серьёзным для непрофессионала. Он приобрёл обширные познания в архитектуре (особенно в архитектуре колониальной Америки) благодаря своим многочисленным путешествиям по восточному побережью США и Канады. Но он также был очень хорошо информирован о современной политике, экономике, литературе и общей культуре благодаря чтению современных газет и журналов.

Алексей Пальцев: Каково было психологическое и духовное состояние Лавкрафта? Насколько он был нормальным или ненормальным?

– Это очень трудный вопрос. Я не уверен, что кто-то является “нормальным”, но это не означает, что Лавкрафт был “ненормальным”; я бы скорее сказал, что он был необычным и особенным. Полагаю, что он был очень чувствителен к всевозможным впечатлениям, но особенно к пейзажам, историческим событиям, к развитию науки и эстетическим стимулам разного рода (искусство, литература, живопись, скульптура, архитектура и т.д.). Он смог преобразовать эти впечатления в литературу великой силы и интенсивности. Он казался относительно безразличным к людям, особенно женщинам; он был, вероятно, асексуальным, и, вероятно, было не разумно с его стороны жениться. Но он всё же был надёжным и верным другом. Конечно, у него имелись свои особенности характера (любовь к кошкам, любовь к мороженому и т.д.), но такие особенности привлекательны, и не являются признаками “ненормальности”.

Диана Шеева: Трудно или легко было Лавкрафту общаться с другими людьми? Как он адаптировался в обществе?

– Лавкрафт, казалось, предпочитал непрямой контакт с людьми, то есть путём переписки. Думаю, можно с уверенностью сказать, что он был в некоторой степени “аутистом”. И всё же, с людьми, которых он хорошо знал (такими как члены Клуба Калем – его группа друзей в Нью-Йорке), он мог быть очень приветливым и даже весёлым. Как я уже говорил, он, кажется, чувствовал себя неловко среди женщин; думаю, он был одним из тех мужчин, которые считают, что чувства и эмоции женщин настолько отличаются от мужских, что он не может их понять.

Диана Шеева: Ваше личное отношение к самому Лавкрафту? Есть ли у него какие-нибудь качества, которые вам не нравятся?

– Я восхищаюсь почти всеми аспектами личности Лавкрафта, кроме, конечно, его расизма, который я нахожу прискорбным, но понятным, учитывая его воспитание, образование и его историческую эпоху. Я разделяю многие из его черт – любовь к кошкам, любовь к древнегреческой и латинской литературе, любовь к колониальной архитектуре и т.д. Его самой замечательной чертой была эстетическая честность, не позволявшая ему продавать свои произведения редакторам или издателям; он писал всё, что хотел, и так, как хотел, и не беспокоился о том, что его сочинения не будут опубликованы. Именно это качество позволило его работе просуществовать почти столетие после его смерти.

Захар Хеликсов: Кто первый произнёс в голове ГФЛ фразу “Ктулху Фхтагн! Ктулху Р’лайх Фхтагн?”

– Понятия не имею! Лавкрафт никогда не объяснял, как он придумал имя Ктулху или фразу “Ктулху фтхагн”. Мы даже не знаем точного значения этой фразы; я считаю, что она означает либо “Ктулху ждёт”, либо “Ктулху спит”. Мне бы очень хотелось узнать, как Лавкрафт придумал эту фразу!

Андрей Иванов: Почему вам так не нравится писатель Лэрд Бэррон? Мы слышали, что вы его постоянно критикуете.

– Я на самом деле восхищался более ранними работами Лэрда Баррона, особенно его вторым сборником рассказов “Occultation” (2010). Лучший рассказ из тех, что он когда-либо написал, “Отель “Палаш”, который я опубликовал в своей антологии “Чёрные крылья Ктулху I” (2010). Это один из лучших рассказов когда-либо написанных под влиянием Лавкрафта. В его первом и третьем сборниках рассказов также есть много достоинств. Но я чувствую, что за последние несколько лет качество его сочинений ухудшилось, и его роман “The Croning” (2012) и его сборник рассказов “Swift to Chase” (2016) меня очень разочаровали. Я чувствую, что у Баррона есть большой талант, но он принял похвалы своих многочисленных поклонников и больше не стремится совершенствоваться как писатель.

Pirate Rêveur: Будучи американцем индийского происхождения, как вы вдруг стали скрупулёзно изучать творческое наследие писателя с “расовыми предрассудками”?

– Я проникся любовью к творчеству Лавкрафта в подростковом возрасте (когда мне было около 14 лет), и впоследствии увлекся им и как человеком, и как писателем. Когда я узнал о его расистских взглядах, меня это не сильно обеспокоило; в его время он был далеко не единственным, кто думал так же, и я не принимал его замечания на свой счёт. Это, как я уже говорил, прискорбный, но относительно незначительный недостаток в человеке, который в остальном был весьма замечательной личностью и невероятно мощным писателем. Никто не совершенен, и я подозреваю, что будущие поколения будут высмеивать и презирать наши собственные недостатки.

Сергей Астахов: Какие книги на тему Мифов Ктулху вы рекомендуете нам прочесть?

– Я упомянул три прекрасных романа в стиле Мифов Ктулху выше (вопрос № 1), а также отметил несколько прекрасных писателей Лавкрафтовской традиции. Есть и другие – Ричард Гэвин, Саймон Странтцас, Нэнси Килпатрик, Ричард Дакан и т.д. Стивен Джонс составил три прекрасных антологии Лавкрафтовской фантастики под названием “Shadows over Innsmouth”. Джон Ширли недавно опубликовал великолепный сборник “Lovecraft Alive!” (2016).

Максим Близнец: Как Лавкрафт относился к своему собственному творчеству. Какие сочинения он считал плоховатыми, а какие – любимыми?

– Лавкрафт считал, что восхвалять свою работу – это “не по-джентльменски”, но он впадал в противоположную крайность и осуждал большую часть своих работ. Он чрезвычайно скромно оценивал свои достижения. Но он чувствовал, что “Сияние извне” и “Музыка Эриха Цанна” являлись его лучшими рассказами, хотя он также высоко ценил свою повесть “Хребты Безумия” и был сломлен, когда её отвергли “Weird Tales”. Лавкрафт имел тенденцию отрекаться от своих ранних рассказов, таких как “Пёс” и “Искания Иранона”; и он назвал “Изгоя” просто подражанием По. Но во всех этих суждениях он был слишком скромным.

Екатерина Тремерская: Как Лавкрафт относился к научным открытиям и достижениям, свидетелем и современником которых он был?

– Лавкрафт на протяжении всей своей жизни следил за многими аспектами научных открытий, особенно в астрономии, химии, физике и антропологии. Его атеизм (который я считаю центральным в его философии, а также в его литературном творчестве) сформировался благодаря чтению научных книг в детстве. Первоначально он был встревожен, когда теория относительности Эйнштейна была доказана в 1923 году, потому что чувствовал, что она ниспровергала многие основные принципы науки 19-го века; но позже он включил Эйнштейна в своё мировоззрение, которое оставалось в основном материалистическим и атеистическим. В 1930 году он немедленно использовал открытие Плутона для рассказа “Шепчущий во тьме”, который он как раз писал в то время; Плутон приравнивался к планете Юггот.

Неизвестный: Лавкрафт и искусство. Какие фильмы, спектакли он считал шедеврами, а что безыскусными поделками?

-Лавкрафт был чрезвычайно чувствителен к изобразительному искусству, скульптуре и особенно архитектуре. Он стал виртуальным авторитетом в архитектуре Америки 18-го века, посетив множество мест (Новая Англия, Нью-Йорк, Филадельфия, Вашингтон, округ Колумбия, Чарльстон [Южная Каролина] и др.), где сохранились такие артефакты. Он любил архитектуру Квебека, датированную 17-м веком. Из художников он любил голландских мастеров (Рембрандта, Ван Дайка и т.д.), а также таких английских художников, как Констейбл и Гейнсборо. Конечно, он был приверженцем классической греческой и римской скульптуры, и он любил ходить в Метрополитен-Музей в Нью-Йорке, где такие сокровища можно найти в большом количестве.

Алексей Черепанов: Верите ли вы в “Феномен электронного голоса” (Electronic Voice Phenomenon)? Пытался ли кто-нибудь связаться с духом Лавкрафта?

– Я не знаю, что такое Электронный Голосовой Феномен! Несколько человек утверждали, что они действительно связались с духом Лавкрафта, но, конечно, их рассказам не следует верить. Кто-то утверждал, что призрак Лавкрафта обитает в одной из его резиденций в Провиденсе (Барнс-стрит, 10, где он жил между 1926 и 1933 годами и где он написал некоторые из своих величайших рассказов), но я полагаю, что эта история – обман.

Алексей Черепанов: Смотрите ли вы на YouTube каналы о паранормальных явлениях, например ночные похождения по заброшенным больницам, школам, замкам в поисках полтергейста и привидений?

– Как и Лавкрафт, я не имею ни малейшей веры в паранормальные явления; я считаю, что все они являются подделками или, в лучшем случае, ошибочными, неверными истолкованиями природных явлений. В таких случаях много шарлатанства. Лавкрафт вообще не верил в сверхъестественное; на самом деле он часто говорил, что если бы он верил в это, он бы никогда не написал сверхъестественную фантастику! Для него фантастика являлась бегством от обыденного мира, где неумолимо правят законы природы.

Алексей Черепанов: Стал бы Лавкрафт смотреть прохождение игр в жанре инди-хоррор? Понравились бы ему, например, игры про Слендера?

Я сам не очень разбираюсь в видеоиграх и сомневаюсь, что Лавкрафта они бы заинтересовали. Он не любил никакие игры – ни карточные, ни настольные, ни какие-либо ещё. Он также презирал спорт (Лавкрафт и Роберт И. Говард вели бурные дебаты о достоинствах футбола!). И всё же, возможно, реалистичные визуальные образы в некоторых видеоиграх привлекли бы его и стимулировали бы его воображение.

Алексей Черепанов: Видели ли вы компьютерные игры “Call of Cthulhu: Dark Corners of the Earth” и “Call of Cthulhu”, выпущенную недавно? Нравятся ли они вам?

– Боюсь, я ничего не знаю о компьютерных играх, посвященных Лавкрафту. Мои собственные знания о компьютерах довольно незначительны, и у меня очень мало времени на такие легкомысленные занятия!

Алексей Черепанов: Существуют ли в наше время родственники Лавкрафта? Может какие-нибудь боковые ветви Филлипсов и Лавкрафтов?

– Поскольку у Лавкрафта не было детей, – прямых его потомков, конечно же, не осталось. Действительно, считается, что фамилия Лавкрафт больше не существует на территории США, хотя в Англии могут жить некоторые Лавкрафты (где его род возник в 15-м или 16-м веке). Некоторые родственники Лавкрафта по материнской линии (Филлипс) могут быть живы, но их связь с Лавкрафтом будет довольно отдалённой.

Алексей Черепанов: В своей книге “Энциклопедия Г.Ф. Лавкрафта” вы пишете, что у деда ГФЛ, Уиппла Ван Бурена Филлипса было 5 детей: Лиллиан Делора (Филлипс) Кларк, Сара Сьюзан Филлипс Лавкрафт, Эмелин Эстелла (1859–1866) (умерла в детстве?), Эдвин Эверетт, и Энни Эмелин (Филлипс) Гэмвелл. А кто такой Эдвин Эверетт? Что с ним стало?

– Эдвин Эверетт Филлипс (дядя Лавкрафта), похоже, был относительно неудачным бизнесменом. Лавкрафт, казалось, почти не общался с ним. Он говорит, что около 1911 года этот дядя “потерял много денег” Лавкрафта и его матери, в результате чего они стали ещё беднее, чем были. Похоже, Эдвин неумело инвестировал деньги семьи, и они всё потеряли.

Алексей Черепанов: Верите ли вы в такую теорию, что писатели ничего не выдумывают, а просто записывают события, происходящие где-то на другой планете или в параллельном мире? Может быть, где-то действительно существует мир, в котором есть Аркхэм и Данвич, и Лавкрафт как-то получал информацию оттуда?

– Боюсь, я считаю такую теорию нелепой. И всё же, можно сказать, что Лавкрафт нашел многие из своих замыслов среди определённых явлений реального мира. Его воображаемые города основаны на реальных городах (Аркхэм эквивалентен Салему, шт. Массачусетс; Иннсмут – Ньюберипорту, шт. Массачусетс; Кингспорт – Марблхеду, шт. Массачусетс), но Лавкрафт умело использовал своё воображение для превращения этих реальных городов в странные и очаровательные места. Многие события из жизни Лавкрафта были так же преобразованы. Фрагменты из “Шепчущего во тьме”, описывающие визит рассказчика в Вермонт, отражают собственные поездки Лавкрафта в этот штат в 1927 и 1928 годах.

Алексей Черепанов: Кого из писателей Лавкрафтовского круга вы встречали лично? Может быть, К.Э. Смита, Роберта Блоха, Августа Дерлета?

– Я стал активным исследователем Лавкрафта в 1976 году, и мне посчастливилось встретиться с Фрэнком Белнапом Лонгом (который умер в 1994-м). Мы встречались, время от времени в Нью-Йорке в течение 1980-х и 1990-х годов. Я также несколько раз встречался с Робертом Блохом. Я встретил Фрица Лейбера на конвенции научной фантастики в 1978 году. Я много раз говорил по телефону с Дональдом Уондри в 1970-х и 1980-х годах. Было восхитительно слушать рассказы всех этих людей, когда они вспоминали о Лавкрафте.

Неизвестный: Не кажется ли вам, что современные фильмы и комиксы по мотивам произведений Лавкрафта принижают космический ужас, который он описывал? Такие мультфильмы как “Говард Лавкрафт и замёрзшее королевство” низводят тёмных богов до “Корпорации монстров”?

Существует очень мало хороших фильмов, основанных на сочинениях Лавкрафта. Для этого есть несколько причин: у большинства таких фильмов не имелось большого бюджета, поэтому создаваемые ими эффекты выглядят очень грубыми. Истина состоит в том, что они не сосредоточились на космическом ужасе, который является центральным в работе Лавкрафта. Я предполагаю, что такое очень трудно передать в фильме (хотя “2001: Космическая Одиссея” справилась довольно неплохо). Могу выделить несколько фильмов, особенно немецкий “Die Farbe” (2010), экранизацию “Сияния извне”. Это великолепный, запоминающийся фильм. Несколько короткометражных фильмов также были успешными.

Максим Близнец: При жизни Лавкрафт не опубликовал ни одной книги. Почему? Чем для него было творчество?

– Лавкрафт не верил в продвижение собственной работы; такое занятие было бы не “джентльменским”. Для него сочинительство являлось чистым “самовыражением” – тем, что он делал исключительно ради любви к литературе, а не ради денежной выгоды. В его время большинство издателей искали романы, а не сборники рассказов; и Лавкрафт не думал, что у него есть какие-то романы, чтобы предложить им. (“Случай Чарльза Декстера Варда”, вероятно, был бы принят издателями, но Лавкрафт полагал, что это плохая работа). Он был близок к тому, чтобы продать сборник рассказов крупному издателю Альфреду А. Кнопфу в 1933 году, но, в конце концов, они отказались от этой книги. Жаль!

Юрий Купцов: Как должен литературно меняться и эволюционировать жанр Мифов Ктулху, чтобы оставаться популярным и соответствовать духу времени?

– Я полагаю, что Мифы Ктулху изменились за последние несколько десятилетий и в результате стали более могущественными и эффективными. В первые несколько десятилетий после смерти Лавкрафта авторы, казалось, удовлетворялись тем, что имитируют стиль прозы Лавкрафта (что очень трудно сделать!) и добавляют нового “бога” или “запретную книгу” к Мифам; но такие писатели (в том числе Август Дерлет, Брайан Ламли и другие) на самом деле не понимали сути Мифов – понятия “космического безразличия” или идеи о том, что люди не имеют никакого значения во вселенной. По мере того как учёные, начиная с 1970-х годов, устанавливали истинные источники ужаса в работах Лавкрафта, писатели всё больше обращались к глубинной сущности (а не к поверхностным внешним проявлениям) его сочинений, создавая жизненные и эффективные произведения. Сегодня некоторые авторы Мифов, похоже, склонны писать о женщинах, меньшинствах и других ранее игнорируемых типах людей; но я не совсем уверен, что это нечто больше, чем причуда времени.

Алексей Черепанов: Чем занимается Университет Брауна в Провиденсе (что там преподают?), и как выглядит Библиотека Джона Хэя, в которой хранится множество рукописей Лавкрафта?

– Университет Брауна является одним из самых выдающихся академических учреждений в Соединенных Штатах – одним из восьми колледжей “Лиги Плюща”, в которую также входят Йельский университет, Гарвард, Корнелл и другие. Библиотека Джона Хэя – внушительное здание, построенное в 1910-м году полностью из мрамора; раньше это была основная библиотека для университета, но теперь это библиотека для редких книг и манускриптов. В ней хранятся тысячи страниц рукописей, писем и других материалов Лавкрафта, а также тысячи книг, журналов и другой печатной продукции (произведения Лавкрафта и книги о нём самом), включая многие его переводы на более чем 30 языков.

Алексей Черепанов: – Что сейчас происходит в Провиденсе? Знают ли местные жители кто такой Лавкрафт? Сохранились ли дома, в которых жил Лавкрафт? (Мы недавно читали новость, что один из его домов продаётся в ипотеку). Отмечают ли в Провиденсе день рождения Лавкрафта? Есть ли улицы, названные его именем? Памятники?

-Провиденс в последние годы стал признавать величие Лавкрафта после многих лет, когда о нём не вспоминали. Три дома, в которых он жил (Энджелл-стрит, 598, Барнс-стрит, 10 и 66 Колледж-стрит, 66), до сих пор стоят (дом с Колледж-стрит, 66 переехал на Проспект-стрит, 65 в 1960 году); но ни на одном из них нет памятной таблички или надписи, указывающей, что здесь раньше жил Лавкрафт. Существует памятная доска, “Мемориальная площадь Г.Ф. Лавкрафта” на углу Проспект-стрит и Энджелл-стрит. Через год или два возле места его рождения будет установлена полноразмерная бронзовая статуя Лавкрафта (Энджелл-стрит, 454 – этого дома больше не существует). Раз в два года, в день его рождения (20 августа) проходит большой съезд, посвященный Лавкрафту, “NecronomiCon”.

Юрий Купцов: Насколько популярен сейчас Лавкрафт в США? Можно ли его сравнить со Стивеном Кингом и другими известными авторами? Популярна ли хоррор-литература сейчас в Америке?

– Лавкрафт действительно очень популярен, хотя, возможно, не на таком уровне как Стивен Кинг. Он – один из немногих писателей во всём спектре американской литературы, который является одновременно “каноническим” писателем (таким, которого критики считают частью наследия американской литературы) и очень популярным. Даже Эдгар Аллан По не достиг этого двойного признания. Влияние Лавкрафта теперь распространяется далеко за пределы области сверхъестественной фантастики в сторону общей литературы, популярной культуры (фильмов, телевидения, комиксов и т.д.) и даже торговли. (Можно купить куклы Ктулху и рождественские украшения Ктулху!)

Вадим Сомов: Нет ли у вас ощущения, что тема космического ужаса давно исчерпана, и уже не оказывает прежнего эффекта, более того, скатывается в самопародию?

– Я всё еще думаю, что в области космического ужаса можно проделать большую работу, но редко встречается писатель, действительно понимающий необъятность вселенной и незначительное место, которое люди занимают в ней. Это мрачный и пессимистичный взгляд на мир, поэтому неудивительно, что немногие писатели принимают его, и эти немногие, как правило, не пользуются большой популярностью, поскольку большинство читателей хотят чего-то более “весёлого” даже в категории ужасных рассказов. Но Лавкрафт по-прежнему вдохновляет некоторых писателей погружаться в космический ужас.

Алексей Черепанов: Кого из своих коллег и друзей по переписке Лавкрафт никогда не видел лично? (Вроде с Робертом Говардом они никогда не встречались, а К.Э. Смит? Роберт Блох?)

– Примечательно, что Лавкрафт никогда не встречал Кларка Эштона Смита, Августа Дерлета, Роберта И. Говарда, Роберта Блоха, Фрица Лейбера и некоторых других важных фигур, которые, тем не менее, стали его большими и преданными друзьями, основываясь только на их обмене письмами. Роберт Блох с горечью писал, что если бы он знал в 1937 году, что Лавкрафт умирает, то прошёл бы на четвереньках от своего родного города Милуоки (штат Висконсин) до Провиденса, чтобы оказаться у его постели.

Артем Хачатуров: Лавкрафт много переписывался с разными людьми, что заменяло ему обычное общение. Много ли он писал о себе, своих сокровенных мыслях, делился ли он какими-то личными переживаниями (о любви, например)? Что по этим письмам можно сказать о характере и личности Лавкрафта?

–Удивительно, что для человека, казавшегося таким замкнутым (как это было типично для людей из Новой Англии в то время), в письмах Лавкрафт был невероятно откровенен во многих своих чувствах и мыслях. Многое из того, что мы знаем о некоторых аспектах его жизни (особенно о его детстве), взято из его писем, и я считаю, что эти рассказы в значительной степени основаны на фактах. Фактически, я собрал целую “автобиографию” на основе его писем: “Lord of a Visible World” (“Ohio University Press”, 2000), которая вскоре будет перепечатана издательством “Hippocampus Press”. Он, конечно, много пишет о своей жизненной философии – своём материализме, своём атеизме, своих эстетических принципах, своих политических взглядах и т.д. Но он также обсуждает более личные вопросы, такие как его реакция на природу, его преданность своей семье и т.д. В его письмах, возможно, не очень много сказано о “любви”; его жена Соня Грин призналась, что он никогда не говорил ей: “я люблю тебя”; вместо этого он говорил: “Я ценю тебя”. Так что, вероятно, в этом отношении Лавкрафт был немного отсталым.

Миша Шибаев: Сильно ли различаются работы Лавкрафта и его последователей?

– Никто не приблизился в подражании насыщенному, умело сформированному стилю прозы Лавкрафта – прозе, которую я считаю одной из величайших, что когда-либо были написаны на английском языке. Август Дерлет и другие попытались, но с треском провалились. И, как я уже сказал, очень немногие писатели до недавнего времени пытались воспроизвести “космическую” перспективу его величайших рассказов. Конечно, ни один писатель, обладающий подлинным талантом, не захотел бы просто подражать другому автору, и лучшие писатели, такие как Рэмси Кэмпбелл в своей недавней трилогии романов о Даолоте, опирались на образные концепции Лавкрафта и смешивали их со своими собственными прозаическими идиомами и собственным видением.

Миша Шибаев: Как личность Лавкрафта отражается в его произведениях?

– Личность Лавкрафта в изобилии обнаруживается в его рассказах, но не всегда явным образом. Тот факт, что многие из его главных персонажей являются учениками или учёными отражает тот факт, что Лавкрафт хотел быть тем или другим, но так и не получил такого шанса, потому что он даже не закончил среднюю школу. Внимание, которое Лавкрафт уделяет пейзажу (например, атмосфера упадка в городе Иннсмут в рассказе “Тень над Иннсмутом”), отражает его путешествия по многим городам и его впечатления о них. Его рассказы воплощают научные концепции – особенно астрономию, химию, физику и палеонтологию – таким образом, они показывают глубокое знание им этих предметов.

Никола Тришкин: Правда ли, что ГФЛ снились все те миры, создания и ужасы, о которых он писал? Что являлось для него музой и вдохновением?

– У Лавкрафта было много ярких снов в его жизни, начиная с пяти лет, когда ему снились ужасные кошмары с участием “ночных призраков” (крылатые безликие существа, которые хватали его и брали с собой в фантастические путешествия по космосу). Но будет преувеличением сказать, что всё в данной истории основано на сновидении. Несколько рассказов являются буквальными стенограммами сновидений (“Заявление Рэндольфа Картера”, “Ньярлатхотеп” и т.д.), но Лавкрафт явно использовал своё воображение для формирования элементов из своих сновидений в других рассказах.

Артемий Липовцев: Был ли Лавкрафт психически здоровым? Ведь человек в здравом уме не смог бы такое придумать и написать.

– Авторы сверхъестественной фантастики уже давно борются с убеждениями некоторых критиков, что их рассказы или образы и идеи, содержащиеся в них, свидетельствуют об их психической ненормальности. Я считаю это большим преувеличением и клеветой на сверхъестественную фантастику. Такие писатели на самом деле не верят в свои творения буквально; Лавкрафт никогда не верил в существование Ктулху. Вместо этого он создал Ктулху и других существ в своих рассказах в качестве символов, чтобы передать читателю свои философские и эстетические концепции. Однажды он написал: “Нет другой области, кроме сверхъестественной, где бы у меня имелась склонность или способность к фантастической композиции”. Общепринятой литературы социального реализма было недостаточно для Лавкрафта, чтобы передать свои идеи и образы, и поэтому он обратился к сверхъестественной фантастике с полным пониманием того, что найдётся относительно мало достаточно “чувствительных” читателей, способных понять то, что он пытался сказать.

Николай Титов: Зачем культисты из рассказов ГФЛ призывают силы, которыми не могут управлять? В чём польза от их призываний, если в итоге их обязательно либо пожирают, либо они умирают от страха, либо сходят с ума, либо с ними происходит что-то ужасное?

– Я думаю, Лавкрафт был очень проницателен в изображении культистов в своих произведениях. Он знал, что эти культисты в действительности бессильны перед лицом титанических сущностей, которых, как они утверждали, они призывают. Он опирался на свои знания в области антропологии и истории религии, где люди на протяжении всей истории стремились установить тесную связь с каким-то “богом” или другим сверхъестественным существом, чтобы поднять свой собственный статус. Лавкрафт знал, что большинство людей являются закоренело и бесповоротно религиозными и могут видеть мир только с религиозной точки зрения; кто-нибудь столь огромный и могущественный, как Ктулху, поразил бы большинство людей и они бы приняли его за “бога”, хотя на самом деле Ктулху – всего лишь пришелец из космоса. Поэтому многие люди склонны поклоняться такому существу. Но Лавкрафт знал, что истина была совсем другой.

Ктулху Р’льех: С чем связана нынешняя популяризация Лавкрафта спустя так много лет после его смерти? Киноиндустрия, игры (настольные, компьютерные), издание книг по типу манги Танабе, художники рисуют картины, другие сочиняют музыку.

– Я сам не в состоянии объяснить продолжающуюся и растущую популярность Лавкрафта. Кажется, это своего рода “снежный ком”. В конце 1960-х годов впервые в больших количествах начали продаваться печатные издания рассказов Лавкрафта. В 1970-х годах ряд важных критиков (включая меня, если я могу считать себя таковым) начали расчищать многие мифы и заблуждения, связанные с Лавкрафтом и его работой. В то же время его популярность возросла с публикацией таких книг, как “Лавкрафт: Биография” (1975) Л. Спрэга де Кампа. Ученые стали обращать внимание на Лавкрафта, чего не делали никогда раньше, и его работы также привлекли создателей фильмов и комиксов. И эти различные тенденции сохранились до наших дней. Но почему всё это произошло – я не знаю! В работе Лавкрафта должно быть что-то, несмотря на его насыщенную, архаичную прозу, что говорит сегодня с людьми (или, может быть, благодаря ей?). Он выражал идею космического отчуждения и хрупкости пребывания человечества на Земле гораздо сильнее, чем любой писатель в истории литературы. В его рассказах есть мрачная сила и компактность, которые резко контрастируют с многословием и тематической неоригинальностью таких авторов, как Стивен Кинг и Энн Райс.

Неизвестный: Какие фильмы по рассказам Лавкрафта вы считаете лучшими? Может, “Зов Ктулху” (чёрно-белый) или “Дагон” (2001)?

-Я упоминал “Die Farbe”, который я считаю лучшим фильмом по мотивам рассказов Лавкрафта. Немой фильм “Зов Ктулху”, безусловно, является интересной работой, но, конечно, это относительно незначительная постановка. Некоторые аспекты “Дагона” Стюарта Гордона (фильм на самом деле является адаптацией “Тени над Иннсмутом”) заслуживают внимания, но к концу они становятся разочаровывающе традиционными. Несколько короткометражных фильмов довольно великолепны. Джон Стрысик выпустил 17-минутную версию “Музыки Эриха Цанна” (1981), которая и запоминается, и очень верно передаёт сам рассказ. Брайан Мур снял 44-минутную версию “Холодного воздуха (и сам сыграл в ней), которая очень хороша. Каждый год в Портленде, штат Орегон, проводится кинофестиваль им. Г.Ф. Лавкрафта, и обычно там показывают как минимум несколько хороших фильмов.

Алексей Черепанов: Мы слышали историю о “World Fantasy Award 2015”, там из-за политкорректности хотели заменить призы в виде статуэтки Лавкрафта на что-нибудь другое. А вы хотели вернуть им свои награды в знак протеста против того, что Лавкрафта обвиняют в расизме. Что произошло дальше? Вы действительно отдали свои призы? И что творится теперь на “World Fantasy Award”?

– Да, я чувствовал, что решение Всемирной Конвенции Фэнтэзи (World Fantasy Convention) об отказе от приза в виде бюста Лавкрафта, которым они награждали своих лауреатов, стало ярким примером политической корректности. Я возвратил две награды, которые получил, и с тех пор никогда не посещал их конвенцию. Похоже, что популярность конвенции снизилась по ряду причин. В настоящее время существует новая скульптура World Fantasy Award, но её высмеивают за плохой дизайн и она не имеет смысла. Лавкрафт проживёт намного дольше, чем World Fantasy Convention!

Алексей Черепанов: Знаете ли вы кого-нибудь из российских писателей? Читали ли вы наших фантастов или классиков?

– Я восхищаюсь Достоевским, Толстым, Тургеневым, Гоголем, Пастернаком, Пушкиным и многими другими русскими писателями. Конечно, мне приходилось читать их в переводе, но я думаю, что переводы были хорошими. Я уверен, что вы знаете, что родственник Льва Толстого, Алексей Толстой, писал истории о вампирах! Они совсем не плохие. Я не очень хорошо знаком с русской традицией в сверхъестественной фантастике, но уверен, что там есть много хорошего материала. Его следует, по возможности, распространить на английском языке.

Алексей Черепанов: А в вашей жизни случались какие-нибудь мистические события или встречи со сверхъестественным ужасом? Что вы думаете о сумасшедших, которые наряжаются в костюм клоуна и пугают ночами людей на дорогах? Бывало ли такое, что кто-то прочитал Лавкрафта и сошёл с ума?

– Я никогда не сталкивался с какими-либо инцидентами, которые можно было бы считать сверхъестественными. Будучи сам атеистом, я очень сомневаюсь, что когда-либо могло произойти что-то подобное. Я часто посещал собрания, на которых люди одевались в глупые костюмы, но это всё – безобидное веселье. В редких случаях можно услышать о людях, которые совершили насилие после прочтения одного из нескольких поддельных “Некрономиконов”, что были опубликованы, но их связь с Лавкрафтом очень слабая.

Алексей Черепанов: Что вы думаете о людях, которые берут заклинания из рассказов Лавкрафта и с их помощью пытаются призвать Азатота, Ньярлатхотепа, сочиняют свои версии “Некрономикона” и утверждают, что действительно общаются с этими сущностями? А есть и такие, что во сне ухитряются попасть в Страну Грёз Лавкрафта.

– Несколько оккультистов предполагали, что Лавкрафт писал “истинные отчёты” о внеземных богах или монстрах, или передавал информацию, которую эти сущности посылали ему. Кеннет Грант написал несколько книг на эту тему. Оккультист, взявший себе имя Саймон, написал один из поддельных “Некрономиконов” (1977), в котором содержались заклинания для вызова Древних; я даже слышал, как он читал лекцию в Нью-Йорке вскоре после того, как его книга была опубликована. Он относился к себе довольно серьёзно, хотя я подозреваю, что он знал, что его книга была ложной. Совсем недавно писатель Дональд Тайсон сочинил несколько книг такого рода, но я предпочитаю читать художественную литературу Тайсона в духе Лавкрафта, она действительно очень хорошая.

Алексей Черепанов: Над какими книгами вы сейчас работаете? Будут ли ещё сборники писем Лавкрафта?

– Я продолжаю работать с Дэвидом Шульцем над публикацией всех сохранившихся писем Лавкрафта. Эта серия выйдет как минимум на 25 томов! Одна из книг в этой серии, которая скоро появится, – имеет огромный объём (не менее 1200 страниц), в него войдут письма Лавкрафта своей семье, главным образом к его матери и двум его тётям. В этих невероятных письмах раскрывается повседневная жизнь Лавкрафта, его брак и другие важные темы. Как только этот проект будет завершён, больше ничего не останется: буквально всё, что когда-либо написал Лавкрафт, будет опубликовано. Я переключаю своё внимание на других классических авторов сверхъестественной фантастики: через несколько месяцев моё трёхтомное издание полного собрания фантастических произведений Артура Мейчена будет опубликовано издательством “Hippocampus Press”. И я продолжаю интересоваться творчеством Лорда Дансейни, великого ирландского автора фэнтези. А также исключительно для собственного развлечения я только что написал детективную историю (под названием “Медовый месяц в тюрьме”), в которой Лавкрафт и его жена Соня изображены в роли детективов!

Перевод и редактор: Алексей Черепанов
Отдельная благодарность проектам:

Мифология Лавкрафта, Мифы Ктулху и Terra Mortis
Март, 2019

LOVECRAFTIAN
LOVECRAFTIAN
lovecraftian.ru

Мы рады что вы посетили наш проект, посвященный безумному гению и маэстро сверхъестественного ужаса в литературе, имя которому – Говард Филлипс Лавкрафт.

Похожие Статьи