statja o lavkrafte 1920x1080 - Стивен Мариконда: «ПЁС» – МЁРТВЫЙ ПЁС?

Стивен Мариконда: «ПЁС» – МЁРТВЫЙ ПЁС?

Статья о влиянии Декадентской литературы на Г.Ф. Лавкрафта.

Хотя многие энтузиасты Лавкрафта не способны найти в своих сердцах значительного места для «Пса», большинство критиков отвергли этот рассказ, как не более чем витиеватое подражание Эдгару Аллану По. Рассказ действительно содержит намёки на По и, возможно, он был написан как своего рода дань уважения этому писателю; но, тем не менее, это интересное и эффектное произведение Лавкрафта, хотя и второстепенное. «Пёс» представляет для нас интерес прежде всего потому, что он отражает увлечение Лавкрафта Декадентской литературой, выраженное в его фантастике, и этот рассказ также имеет сходство с романом Жориса Карла Гюисманса «Наоборот». «Пёс» содержит в себе несколько других примечательных аспектов, а его своеобразная атмосфера ставит данный рассказ намного выше большинства других работ Лавкрафта.

Определённый предмет, добытый Лавкрафтом во время одного из своих антикварных изысканий, послужил источником вдохновения для «Пса». 16 сентября 1922 года, приехав в Нью-Йорк во второй раз, Лавкрафт и Рейнхарт Кляйнер посетили Реформатскую церковь на пересечении Флэтбуш- и Чёрч-Авеню в Бруклине:

«В тот вечер мы с Кляйнером исследовали главную достопримечательность этого района – старую Голландскую Реформатскую церковь – и были вознаграждены за свои поиски… Вблизи старого здания есть церковное кладбище с могилами, там хоронили людей примерно с 1730 года до середины девятнадцатого века… От одного из осыпающихся надгробий, датированного 1747 годом, я отколол маленький кусочек и унёс его с собой. Он лежит передо мной, пока я пишу – и он должен навеять мне какую-нибудь страшную историю.

Мне следует как-нибудь ночью положить его под подушку, пока я сплю… кто знает, какое существо может выйти из столетней земли, чтобы отомстить за свою осквернённую могилу? И если оно придёт, кто может сказать, на что оно будет похоже?» [1]

Лавкрафт, должно быть, написал «Пса» вскоре после этого. Следуя ходу мыслей в своём письме, он сочинил историю о двух приятелях, преследуемых существом, напоминающим гигантского пса. Он вышел из могилы, которую они разрыли. Лавкрафт изменил местонахождение церкви, переместив её в родную Голландию, а местом действия он сделал графство Кент в Англии. С типичным добродушием он использовал Кляйнера и себя в качестве главных героев. Персонаж Кляйнера, «Сент-Джон» (прозвище, которое Лавкрафт часто использовал в своих письмах) заканчивает свою жизнь тем, что превращается в «инертную массу искалеченной плоти» [2]; рассказчик (то есть Лавкрафт) в финале совершает самоубийство.

«Опустошающая скука» (D 152) послужила мотивацией для главных героев, они начали заниматься разграблением могил и собирать экспонаты для своего мрачного музея в секретной комнате их поместья в Кенте. В этой основе рассказа мы видим влияние романа «Наоборот» Гюисманса (1884) и Декадентов в целом. Позже Лавкрафт признавался, что в юности

«мне нравилось вторить континентальному иконоборчеству и экспериментировать с литературной изысканностью, скукой и Декадентским символизмом, которые превозносили и практиковали окружающие меня люди. Однако эта фаза была чрезвычайно краткой для меня…» (SL, II. 138) [3]

Как наиболее ярко выраженный пример Декадентского влияния на фантастику Лавкрафта, «Пёс», несомненно, был написан в упомянутый здесь период. Одним из людей, на которых ссылается Лавкрафт в этой цитате, является Фрэнк Белнап Лонг. Лавкрафт впервые встретился с Лонгом в Нью-Йорке в апреле 1922 года и вскоре после этого написал о нём как об «искреннем и умном ученике По, Бодлера и Французских Декадентов» (SL I. 175). Их последующие дискуссии на эту тему, вероятно, побудили Лавкрафта повнимательней ознакомиться с романом Гюисманса «Наоборот». Позднее Лавкрафт назвал этого писателя «итогом и финалом» [4] Декадентского движения, и с большим уважением относился к его роману:

«Я прочитал его и думаю, что он превосходен. Гюисманс показал эстета и декадента в своем крайнем развитии, и его работа действительно стала классикой своего рода – окончательным воплощением неогедонистической философии девяностых годов.

Гюисманс – великая фигура, в этом нет никаких сомнений… Вы обнаружите, что «Наоборот» стоит того, чтобы вопреки неприятностям, прочитать его». [5]

«Наоборот» («Против шерсти») – это повествование о герцоге Жане дез Эссенте, последнем потомке древнего рода. В прологе романа рассказывается о его юности и растущем разочаровании в религии, сексе, Парижском обществе и науке:

«Но как он ни старался, он не мог стряхнуть с себя всепоглощающей скуки, которая давила на него… он начал воображать, а затем предаваться неестественным любовным похождениям и извращённым удовольствиям… Его переутомлённые чувства, словно удовлетворённые тем, что испытали все мыслимые ощущения, погрузились в состояние летаргии…» [6]

Дез Эссент уединяется в пригороде Парижа и предпринимает серию эпизодических попыток развлечься, среди прочего, искусно украшенными покоями, позолоченной и инкрустированной драгоценностями черепахой, причудливыми цветами и растениями, изысканной литературой и искусством, а также «органом для рта», устройством, разливающим вина в различных сочетаниях. Через некоторое время, однако, автор размышляет:

«… с тех пор как он покинул Париж, он всё больше и больше отдалялся от действительности и прежде всего от общества своего времени, к которому относился со всевозрастающим ужасом; эта ненависть, которую он чувствовал, неизменно влияла на его литературные и художественные вкусы, так что он избегал, насколько это было возможно, картин и книг, сюжеты которых ограничивались современной жизнью». [7]

Вступительные абзацы «Пса» представляют собой краткое изложение дилеммы Дез Эссента, а то, что последует за этим в рассказе Лавкрафта, является более гротескной (и, возможно, слегка пародийной) версией его попытки решить этот вопрос.

Есть также определённые параллели между этими двумя произведениями. Возьмем, к примеру, один из предметов (который, несомненно, должен был понравиться Лавкрафту) в столовой Дез Эссента, которую он украсил, имитируя корабельную каюту:

«… на боковом столике возвышалась единственная книга в переплёте из кожи тюленя: «Повесть Артура Гордона Пима», специально отпечатанная для него на чистой льняной бумаге». [8]

Это очень похоже на то, что можно найти в подвальной галерее в рассказе Лавкрафта:

«В запертом портфеле, обтянутом дублёной человеческой кожей, хранились неизвестные и безымянные рисунки, которые, по слухам, создал Гойя, но не осмеливался в этом признаться». (D 153)

Очевидное тематическое влияние «Наоборот» на «Пса» в сочетании с более специфическими сходствами, такими как это, подразумевают, что Лавкрафт намеревался написать повесть в манере Декадентов. Это мнение подтверждается ссылками на По, разбросанными по всему рассказу Лавкрафта. Эксгумированный «продолговатый ящик» (D 154), таинственный «стук в дверь моей комнаты» (D 156) и «красная смерть», принесённая псом (D 158) – всё это перекликается с фразеологией По. Причудливые цветные огни и драпировки подземного музея, хотя и похожи на жилище дез Эссента, также напоминают семь покоев принца Просперо в «Маске Красной смерти». Картины и «диссонансы изысканной болезненности и какодемонического ужаса» (D 153), созданные главными героями, следуют за Родериком Ашером, который также рисовал картины и играл длинные импровизированные панихиды на гитаре. Эти аллюзии на По в рассказе, написанном по образцу великого Декадентского романа, кажутся запутанными, пока мы не обратим внимание на замечание Лавкрафта в письме к Лонгу, что По был «отцом наиболее искупительных черт Декадентской литературы» (SL I. 173). Есть подозрение, что «Пёс» был написан, чтобы развлечь Лонга и Кляйнера, и как дань уважения литературному наследию По, которого Лавкрафт называл своим «Богом фантастики» (SL I. 20).

Несмотря на утверждения об обратном, витиеватый стиль, который Лавкрафт использовал в рассказе «Пёс», не является результатом неспособности писать кратко, и это не просто стилизация. Скорее, она проистекает из темы, повествовательного голоса и ситуации рассказа. Делая, как обычно, Лавкрафт выбрал повествование от первого лица, что позволило ему использовать как субъективное, так и объективное описание, и тонко передать психическое состояние рассказчика. Проза Лавкрафта отражает его характеристику одного из главных героев: психопат, которому нравятся красочные работы символистов, Прерафаэлитов [9] и Декадентов. Его преследует ужасный упырь, рассказчик записывает свою историю, готовясь совершить самоубийство. Лавкрафт ранее сочинил несколько рассказов, таких как «Храм» и «Факты из жизни покойного Артура Джермина и его семьи» (оба 1920 года), поэтому очевидно, что «Пёс» намеренно написан таким, какой он есть. Рассказ дал ему возможность писать красочно, и удовольствие, с которым он работал над ним, очевидно. Рассказ хорошо проработан, особенно описание подземного музея (очень похоже на стиль Гюисманса) и заключительные абзацы, и Лавкрафту удаётся создать атмосферу, которую он считал решающей для сверхъестественной фантастики [10].

«Пёс» примечателен ещё и тем, что в нём впервые упоминается одно из самых знаменитых творений Лавкрафта – «Некрономикон». У Родерика Ашера из рассказа По имелось множество книг таинственного содержания, среди них «чрезвычайно редкая и любопытная книга Готического формата – «Vigilae Mortuorum Secundum Chorum Ecclesiae Maguntinae» [11]; и, возможно, Лавкрафт чувствовал себя обязанным предоставить подобную книгу для своих главных героев. Он приписал эту работу Абдулу Альхазреду, чьё «необъяснимое двустишие» он процитировал в «Безымянном городе», написанном за год до этого.

Лавкрафт позже сказал, что название «Некрономикон» пришло к нему во сне, очевидно, примерно в то время, когда был написан «Пёс»; таким образом, многие попытки определить лингвистическое происхождение этого названия были чисто академическими [12]. В рассказе Лавкрафт даёт мало информации о «Некрономиконе», кроме того, что это работа по демонологии (руководство по еретическим верованиям), а не гримуар (сборник заклинаний и ритуалов), каким он стал в более поздних работах ГФЛ [13].

Хотя эта история номинально является прямолинейным рассказом о сверхъестественной мести, она содержит определённые двусмысленности, которые усиливают её атмосферную эффективность. В первую очередь это разнообразные проявления обитателя осквернённой могилы. Амулет, найденный в гробу, даёт нам предположение, что упырь принимает форму крылатого пса, что подтверждается часто слышимым лаем и хлопаньем крыльев, а также состоянием останков Сент-Джона. И всё же бестелесные голоса, и пронзительный смех, слышимые рассказчиком, кажется, противоречат этому проявлению. Упырь также принимает форму «Смутного чёрного, облачного существа» (D 157), предвещая сущность в рассказе «Скиталец Тьмы» (1935). Другие необъяснимые различия включают множество следов, найденных под окном дома, которые «совершенно невозможно описать» (D 157), и стаю огромных летучих мышей, которые, кажется, сопровождают пса. Эти тревожные детали наводят на мысль о непостижимом характере упыря.

Кроме того, есть здесь и интригующе расплывчатая информация о подземном музее:

«… во множестве инкрустированных шкафов из чёрного дерева хранилось самое невероятное и невообразимое разнообразие предметов, похищенных когда-либо из могил безумными и извращёнными людьми. Именно об этих трофеях я не должен говорить – слава богу, у меня хватило мужества уничтожить их задолго до того, как я подумал о том, чтобы уничтожить самого себя!» (D 153)

Неясные намёки и сообщения, подобные этим, придают рассказу большое атмосферное напряжение.

Тот факт, что «Пёс» был написан до появления журнала «Weird Tales», снимает с него всякое подозрение в том, что он испорчен стандартами бульварного чтива. Изначально рассказ нравился Лавкрафту, так как он был одним из пяти, что ГФЛ выбрал для отправки в журнал «Weird Tales» [14]. Позже он по прихоти назвал «Пса» «мёртвым псом»; [15] он с типичной скромностью игнорировал многие положительные аспекты этого рассказа. Помимо внедрения «Некрономикона», рассказ содержит достаточно двусмысленности, чтобы держать читателя в недоумении, и он написан с изюминкой, почти в стиле барокко, который очень занимателен. «Пёс» важен в качестве одного из немногих литературных свидетельств интереса Лавкрафта к Декадентам вообще и его уважения к Гюисмансу в частности. Рассказ выходит за рамки отсылок к По и знакомому мотиву возмездия из могилы благодаря своему оригинальному сюжету и странной атмосфере. И хотя «Пёс» может бледнеть рядом с более поздними достижениями Лавкрафта, его следует признавать за то, какой он есть – заслуживающая внимания ужасная история.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Лавкрафт, «Избранные письма» (Саук-Сити; «Arkham House») I, 98. Дальнейшие ссылки на это издание обозначаются сокращением «SL».

2. Лавкрафт, «Пёс», в сборнике «Дагон» и другие ужасные истории» (Саук-Сити: «Arkham House», 1965), стр. 157. Дальнейшие ссылки на это издание обозначаются сокращением «D».

3. Эту цитату привёл С. Т. Джоши в своей рецензии на книгу Бартона Сент-Армана «Г.Ф. Лавкрафт: Декадент Новой Англии» в журнале «Lovecraft Studies», Том I, № 3 (осень, 1980), указав, что, хотя Лавкрафт ценил Декадентскую литературу, её влияние на его работы было ограниченным.

4. «Сверхъестественный ужас в литературе» в сборнике «Дагон» и другие ужасные истории», стр. 372.

5. Лавкрафт – А. Дерлету, 9 февраля, 1927; 11 марта, 1927 г. (Рукопись, Государственное Историческое Общество Висконсина; повтор у Р. Алена Эвертса в 16-й рассылке «Ассоциации Любительской Прессы Г.Ф. Лавкрафта», декабрь, 1982).

6. Жорис-Карл Гюисманс, «Против Природы» (Мидлсекс, Англия: «Penguin», 1968), стр. 23.

7.. Там же. стр. 180.

8. Там же. стр. 34.

9. Движение Прерафаэлитов началось в 1848 году, когда Данте Габриэль Россетти, Холмен Хант, Джон Эверетт Милле и другие художники основали Братство Прерафаэлитов в знак протеста против искусственных условностей и техник, которые тогда использовались в живописи; они хотели вернуть дух простой преданности и приверженности природе, который они нашли в итальянском религиозном искусстве до Рафаэля. Некоторые из них были не только художниками, но и поэтами, и влияние этого культа ощущалось в английской литературе. Основными произведениями этого движения являются стихи Д. Россетти и переводы Данте, а также стихи Кристины Россетти и Уильяма Морриса. (Декаденты, напротив, считали, что искусство выше природы и что самая прекрасная красота – это красота умирающих или разлагающихся вещей).

10. Ср. среди многих других, SL II. 90; «… в конце концов, взращивание соответствующей атмосферы окупится, потому что она является окончательным критерием убедительности или неубедительности в любой истории, главная привлекательность которой заключается в воображении».

11. Эдгар Аллан По, «Падение дома Ашеров», в сборнике «Избранная поэзия и проза» (Нью-Йорк: «Modern Library», 1951), стр. 124.

12. SL V.418. Сам Лавкрафт постулировал неправильный вывод («Образ [или Картина] Закона Мёртвых»). С.Т. Джоши милостиво разрешил этот вопрос в своём «Послесловии» к «Истории «Некрономикона» (Вест-Уорвик, Род-Айленд: «Necronomicon Press», 1980), переведя название как «Книга о Мёртвых».

13. См. «Жанры в Лавкрафтовской библиотеке» Роберта М. Прайса в журнале «Crypt of Cthulhu», том. l, № 3, стр. 14.

14. SL 1.27. Другие рассказы, которые он отправил в журнал: «Дагон», «Артур Джермин», «Кошки Ультара» и «Заявление Рэндольфа Картера».

15. Цитируется у Роберта Х. Барлоу, «The Barlow Journal», в «Некоторых заметках о Г.Ф. Лавкрафте» (Саук-Сити: «Arkham House», 1959; повтор: Вест-Уорвик, Род-Айленд: «Necronomicon Press», 1982), стр. 28.

Источник текста:

Журнал «Crypt of Cthulhu», том 5, № 4, Пасхальная Неделя, 1986

Перевод: Алексей Черепанов

Январь, 2021

Jonathan Adams Smith
Jonathan Adams Smith

Бесконечный и неутомимый фанат лавкрафтианы и хоррор тематики, сквозь время и пространство поддерживающий и развивающий сие тему в России и странах СНГ.

Похожие Статьи
Оставить комментарий