Ibid


Г. Ф. Лавкрафт: Ибид

Вымышленная биография древнеримского деятеля Юлия Ибидуса, которому дало сомнительную жизнь незнание некоторыми студентами латинских слов.

– Pickman (fantlab)


  “…как говорит Тотже в своих знаменитых Житиях поэтов”.
Из студенческой курсовой.

Ошибочное представление, что Тотже является автором “Жития”, столь широко распространено даже среди претендующих на определенный уровень культуры, что непременно должно быть исправлено. Надлежит довести до общего сведения, что за эту работу несет ответственность Ср. Также.

Напротив, шедевром Тотже, было знаменитое “Цит. по…”, где все значимые аллюзии и недомолвки греко-римских выражений кристаллизовались раз и навсегда – и с поразительной остротой, несмотря на удивительно позднюю эпоху, когда писал Тотже.

В современных книгах очень часто воспроизводятся неверные сведения, якобы восходящие к монументальной “Истории остготов в Италии” (Geschichte der Ostrogothen in Italien) фон Хрякоглаффа (Von Schweinkopf), что Тотже был романизированным вестготом из орды Атаульфа, которая осела в Пласенции около 410 г. н.э. Никакие возражения на это не будут чрезмерны, так как фон Хрякоглафф и вслед за ним Несмышлитт* {Littlewit. Rome and Byzantium: A Study in Survival (Waukesha, 1869), Vol. XX, p. 598. – прим. автора} и Омерзейль {Betenoir. Influences Romains clans le Moyen Age (Fond du Lac, 1877), Vol. XV, p. 720. – прим. автора} явили с неопровержимой силой, что эта уникально изолированная фигура – подлинный римлянин, или, по крайней мере, настолько подлинный римлянин, насколько может произвести деградировавшая ублюдочная эпоха, один из тех, к кому вполне применимы слова Гиббона о Боэции: “Он был последним, кого Катон или Туллий могли признать за соотечественника”.

  Как Боэций и почти все выдающиеся люди его времени, Тотже был из большой семьи Анициев и возводил свою генеалогию с большой точностью и неменьшей гордостью ко всем героям Республики. Его полное имя – длинное и помпезное в соответствии с обычаем эпохи, которая потеряла трехчленную простоту классического римского именования, – по утверждению фон Хрякоглаффа {Following Procopius, Goth. x.y.z. – прим. автора}, Гай Аниций Магн Фурий Камилл Эмилиан Корнелий Валерий Юлий Помпей Тотжес, хотя Несмышлитт {Following Jornandes, Codex Murat. xxj. 4144. – прим. автора} отвергает Эмилиана и добавляет Клавдия Десятипупочного (Deciusfunianus); тогда как Омерзейль {After Pagi, 50-50. – прим. автора} в корне расходится с ними, указывая полное имя как Магн Фурий Камилл Аврелий Антонин Флавий Аниций Петроний Валентиниан Эгид Тотжес.

  Выдающийся критик и биограф родился в 486 году, вскоре после уничтожения Хлодвигом римского владычества в Галлии. Рим и Равенна соперничают за честь его рождения, хотя достоверно известно, что он получил риторическое и философское образование в школах Афин – степень подавления которых Феодосием за век до того сильно преувеличена поверхностными мнениями. В 512 году, при благодетельном царствовании остгота Теодориха, мы видим Тотжеса в качестве учителя риторики в Риме, в 516 г. он занимает должность консула вместе с Помпилием Нуманцием Бомбастом Марцеллином Богопротивным (Deodamnatus). После смерти Теодориха в 526 г., Тотже удалился от общественной жизни, дабы сочинять свой знаменитый труд (чей чистый цицероновский стиль столь же замечателен как пример классического атавизма, как и стихи Клавдия Клавдиана, жившего за сто лет до Тотжеса), но позднее был призван на царственную сцену выступать в роли придворного ритора Теодата, племянника Теодориха.

  По воцарении узурпатора Витигеса Тотжес впал в немилость и на некоторое время ввергнут в тюрьму. Вскоре приход византийско-римской армии под командованием Велизария восстановил его свободу и даровал почести. В продолжение осады Рима Тотжес храбро сражался в армии защитников, а затем последовал за орлами Велизария в Альбу, Порто и Центумцеллы. После франкской осады Милана он был выбран для сопровождения ученого епископа Дация в Грецию и находился в его резиденции в Коринфе в 539 году. Около 541 года он перебрался в Константинополь, где он получил всю совокупность знаков имперской милости и от Юстиниана, и от Юстина Второго. Императоры Тиберий и Маврикий любезно чествовали его преклонные годы и внесли большой вклад в его бессмертие, особенно Маврикий, которому составляло удовольствие прослеживать свою родословную до древнего Рима, несмотря на рождение в Арабиске в Каппадокии – тот самый Маврикий, который на 101-м году жизни поэта распорядился принять его труды в качестве учебных пособий в имперских школах – честь, оказавшая роковой для преклонных лет ритора, так как вскоре он мирно скончался в своем доме подле собора Святой Софии на шестой день до календ сентября 587 от РХ, на 102-м году жизни.

  Его останки, несмотря на проблемы политического состояния Италии, доставили в Равенну для погребения и предали земле в пригороде Классе, но их эксгумировал и опозорил ломбардский герцог Сполето, который забрал череп в подарок королю Аутарису, чтобы использовать в качестве пиршественной чаши.

  Череп Тотжеса с гордостью передавался от короля к королю в ломбардской линии. При взятии Павии Карлом Великим в 774 году череп был отнят у изменника Дезидерия и перемещен в обоз франкского завоевателя. Именно из этого сосуда, скорее всего, папа Лев совершал таинство помазания на царство, которое сделало героя-номада императором Священной Римской империи. Карл взял череп Тотже в свою столицу в Эксе, вскоре презентовал его своему саксонскому учителю Алкуину, после смерти которого в 804-м г. череп был отправлен родичами Алкуина в Англию.

  Вильгельм Завоеватель, найдя череп в монастырской нише, куда благочестивая семья Алкуина поместила его (полагая, что это голова святого, чудесным образом уничтожившего лангобардов своими молитвами {Строго говоря, с появлением работы фон Хрякоглаффа в 1797 году св. Тотже и ритор заново реотождествились. – прим. автора}, поклонился его ветхости деньми. Даже грубые солдаты Кромвеля после разрушения аббатства Баллилу в Ирландии в 1650 году, куда останки были тайно перевезены набожным папистом в 1539 году из-за запрета Генрихом VIII английских монастырей, отказались применять насилие к реликвии столь многочтимой.

  Череп св. Тотже был взят в плен рядовым Читай-и-Рыдай Хопкинсом, который спустя малое время продал его Покойся-в-Иегове Стаббсу за фунт новой виргинской травки. Стаббс, отправляя своего сына Зоровавеля искать счастья в Новой Англии в 1661 году (он думал, что атмосфера Реставрации гибельна для благочестивого юного йомена), дал ему череп Святого Тотже – или, вернее, Брата Тотже, ибо все папистское было Стаббсу отвратительно – как талисман. После высадки в Салеме Зоровавель построил скромный домик недалеко от городской водокачки и установил череп в стенном шкафу рядом с печной трубой. Тем не менее, Стаббс-младший не был полностью независим от влияния Реставрации; и став записным игроком, проиграл череп некоему Епенету Ловкоу (Dexter), визитирующему гражданину Провиденса.

  Череп оставался в доме Ловкоу, в северной части города близ нынешнего пересечения Северной Главной улицы и Олни-стрит, вплоть до рейда Канончета {вождь-сахем племени наррагасет, пленен и убит в 1676 г. – прим. пер.} 30 марта 1676 г. во время войны Короля Филиппа {великий сахем конфедерации племен вампаноаг, убит в августе 1676 г. – прим. пер.}. Проницательный сахем, сразу признав череп за предмет особого почитания и достоинства, послал его в знак союза в Коннектикут фратрии пикватов, с которыми вел негоции. 4 апреля вождь был захвачен колонистами и вскоре казнен, а лишенная плоти голова Тотже продолжила свои странствия.

  Пикваты, ослабленные предыдущей войной, не могли ныне оказать пострадавшим наррангасетам никакой помощи, и в 1680 году голландский меховщик из Олбани, Петрус ван Шах (van Schaack), выкупив замечательные останки за скромную сумму в два гульдена, признал их значение по полустертым инскриптам, нацарапанным лангобардскими минускулами (палеография, как следует изъяснить, была одним из важнейших умений новоголландских мехоторговцев семнадцатого века).

  У Шаха, к прискорбию, реликвия была выкрадена в 1683 году французским торговцем Жаном Зернье (Grenier). В папистском рвении он распознал в останках особую реликвию, которую его учили чтить как Сен-Тотже, еще когда он сиживал на коленях матери. Зернье, пылая праведным гневом на протестанта за обладание этим святым символом, однажды ночью сокрушил голову ван Шаха топором и бежал на север со своей добычей; вскоре, однако, он был ограблен и убит полукровкой-вояжёром Мишелем Саваром (Savard), который взял череп – несмотря на неграмотность, которая помешала распознать его ценность, – чтобы добавить в коллекцию аналогичных, но значительно менее древних краниологических материалов.

  После смерти Мишеля в 1701 году его сын, полукровка Пьер продал череп, между прочими, неким эмиссарам соков-фоксов {Sac and Fox – два индейских племени, объединившиеся в конфедерацию. – прим. пер.}. Поколение спустя он был обнаружен за пределами типи вождя Шарлем де Лангледом (Langlade), основателем торгового поста в Грин-Бей, Висконсин. Де Ланглед отнесся к этой святыне с надлежащим почтением и заплатил за выкуп немало стеклянных бус. Однако после его смерти она пошла по рукам торговавших в поселениях верховьев озера Виннебаго и с племенами вокруг озера Мендота, пока наконец в начале девятнадцатого века не досталась некоему Соломону Жюно (Juneau), французу, из нового торгового поста в Милуоки на реке Меномини и берегах озера Мичиган.

  Позже проданный Жаку Череппу (Caboche), еще одному колонисту, в 1850 году череп был проигран за партией в шахматы или покер новому эмигранту по имени Ганс Циммерман и использовался как пивная кружка до тех пор, пока в один прекрасный день, под воздействием содержимого, владелец не кинул его с крыльца вдоль по степной дорожке перед домом – там, пав в норку луговых собачек, он достиг дна и постиг свою пробудившуюся мощь.

  Так священный для поколений череп Гая Аниция Магна Фурия Камилла Эмилиана Корнелия Валерия Помпея Юлия Тотжеса, консула Рима, любимца императоров и святого римско-католической церкви, укрылся под землей растущего города. Почитаемый сперва темными обрядами луговых собачек, которые видели в нем божество, ниспосланное из верхнего мира, далее он попал в тяжкое небрежение, когда раса простых, бесхитростных землероев уступила натиску воинственных арийцев. Канализация пришла, но миновала сей клад. Возвелись дома – две тысячи триста три и много больше – и вот, наконец, в одну роковую ночь случилось титаническое событие. Субтильная Природа, содрогаясь в духовном экстазе, подобно пене повседневного регионального питья, свергла стоявшее сверху, подъяла плоское под небо – зрите! {в оригинале едва замаскированная цитата из Исайи, 26:5 – прим. пер.}. При растущем рассвете граждане Милуоки разглядели, что бывшие прерии переросли в горную страну. Колоссальные потрясения были обширны и распространились далеко. Хтонические секреты, сокрытые столетиями, вышли на свет. И там, прямо на потрескавшейся трассе, возлежал белесый, безмятежный в своей безгрешной, идилличной консульской пышности куполообразный череп Тотже!


* Humphrey Littlewit. Esq., Хамфри Литтлвит, эсквайр, фамилию которого мне пришлось перевести – псевдоним и маска рассказчика еще одной “антикварной” истории Лавкрафта. Родился 20 авт. 1690 г., ровно за 200 лет до своего автора. – прим. переводчицы.

   Перевод: Т. Модестова, 2014

Этот рассказ можно посмотреть и в других переводах:
Тотже (перевод Т. Модестовой)

Author

Мы рады что вы посетили наш проект, посвященный безумному гению и маэстро сверхъестественного ужаса в литературе, имя которому – Говард Филлипс Лавкрафт.