Привет, сайт в процессе завершения. Некоторые ссылки могут не работать.
tvar v biblioteke - Криспин Бернхам: Тварь в Библиотеке

Криспин Бернхам: Тварь в Библиотеке

Нижеследующие записи были найдены в записной книжке, обнаруженной в документах пациента, написаны Марком Эндрюсом, который недавно умер при загадочных обстоятельствах в «Бенсон Эсайлум» клинике для душевнобольных преступников в городе Чарлтон, штат Канзас, в ночь на 31 октября 1973 года. 

Говорят, что человек неспособен использовать весь объем своего разума. Если бы человек смог это сделать, он, скорее всего, стал бы совершенно безумным. У разума есть предохранительный клапан, называемый «блоком памяти» или частичной амнезией, который проявляет себя тогда, когда ум осознает события, которые настолько ужасны по своей природе, что без этой частичной амнезии вся система вскоре будет нарушена и сломается. 

Говорят, что человек неспособен использовать весь объем своего разума. Если бы человек смог это сделать, он, скорее всего, стал бы совершенно безумным. У разума есть предохранительный клапан, называемый «блоком памяти» или частичной амнезией, который проявляет себя тогда, когда ум осознает события, которые настолько ужасны по своей природе, что без этой частичной амнезии вся система вскоре будет нарушена и сломается. 

Если бы не этот предохранительный клапан, я бы сошел с ума десять лет назад из-за событий, итогом которых стали обвинения меня в убийстве первой степени. Но я не помнил ни одного момента из этих событий до недавнего времени, хотя некоторые фрагменты памяти продолжают оставаться странно туманными или частично скрытыми. 

Неделю назад я был объявлен юридически разумным и освобожден из «Бенсом Эсайлум». После выхода из тюрьмы и возвращения обратно к знакомым местам, моя память начала медленно возвращалась ко мне. Именно тогда я понял, что мне нужна защита. Итак, симулируя рецидив, я сам обратился в лечебницу и был помещен в изолятор.

Доктор Дарроу считает, что если я опишу все события, произошедшие десять лет назад в своей записной книжке, это терапевтически может мне помочь. 

Алекс Дениелс и я всегда интересовались оккультизмом. В свое время мы даже практиковали сатанизм. Но, в конце концов, Алексу наскучили мирские аспекты оккультизма, и он начал вникать в книги запрещенных знаний, которые были расположены под замком и ключом в различных университетах и библиотеках по всей территории Соединенных Штатов. Он ложился поздно вечером и рано вставал и проводил весь день, читая книги с такими названиями, как «Черная книга черепа», «Sorcerie de Demonologie» графа де Хаммаиса, «Uralte Schrecken» Графа фон Кенненберга, «L’Striga Kniska» графа Кобласа и «Dagbok i Förderf» Торлака. 

Как только он начал подробно изучать эти древние тома, он начал жаловаться на качество переводов этих книг, первоначально написанных на иностранных языках. Он специально упомянул о переводе Эзекии Мортисона книги графа де Хаммаиса, написанной на древнефранцузском языке. Он сказал мне, что ему нужно получить копию оригинального издания. 

Вскоре после этого, зимой 1962-63 Алекс подошел ко мне, его лицо все пылало, а глаза излучали восторг. 

– Марк, ты не хотел бы поехать в Англию в конце апреля? 

Его вопрос заставил меня врасплох. 

– Зачем, я могу спросить? 

– В Лондоне будет колдовской сбор, который начнется в Вальпургиеву Ночь. Этот сбор проводится только один раз каждые десять лет, и его участники, вероятно, будут искать многие необходимые вещи во всех книжных лавках и магазинах редких книг. Это даст мне возможность получить некоторые из оригинальных изданий книг, которые сейчас у меня есть лишь в переводе на английский язык, не привлекая к этому внимания. И я хочу, чтобы ты отправился со мной, Марк. 

– Зачем, Алекс? Я прочитал почти каждую книгу, которую ты приносил домой. Насколько мне известно, это бессмысленная чепуха.

Все эти призывы и заклинания, намеки на расу, называемую Великими Древними, и расу, называемую Старшие Боги, – которые сражались, прежде чем человек ступил на эту планету. Пха! 

– Марк… ты не понимаешь, – тихо начал Алекс. – Идея двух инопланетных рас, населяющих Землю в период ее рассвета, не может быть полной фикцией. Слишком много людей в слишком многие и разные эпохи писали о них. Это знание должно было прийти откуда-то. 

И все книги согласны в одном, когда говорят, что Старшие Боги изгнали Великих Древних с Земли. Они живут сейчас под печатями Старших Богов, ожидая времени, когда звезды займут правильное положение, чтобы они могли снова захватить Землю и править ей, как они правили ей когда-то. 

В последнее время меня посещают самые странные сны: они относятся к возвращению Великих Древних. И пока звезды не на нужных местах, они могут вернуться только благодаря работе тех, кто верит, и то лишь временно. Тем, кто выбран помочь им вернуться, будет дана вечная жизнь… И я верю, что я один из избранных… 

– Хорошо, Алекс, – сказал я, зная, что любые дальнейшие возражения с моей стороны будут бесполезны. 

В конце апреля мы сели на самолет до Лондона через Нью-Йорк, прибыв за день до Вальпургиевой ночи. Алекс немедленно начал прочесывать город в поисках книжных магазинов, которые, возможно, будут иметь книги, которые он так азартно искал. Я присутствовал на съезде, но не был настолько увлечен им, чтобы наслаждаться происходящим из-за одержимости Алекса. Я мало видел его до того дня, когда мы отправились из Лондона домой. 

Мы приобрели картонные коробки для упаковки книг, которые купил Алекс. Когда мы закончили, у нас было десять картонных коробок груза, плюс две маленькие коробочки (которые можно было положить под сиденья самолета), в них Алекс упаковал определенные тома, которые он хотел внимательно изучить, не дожидаясь возвращения в Штаты. 

Наконец, мы получили разрешение в аэропорту на отгрузку картонных коробок и отправились на посадку. До взлета я открыл одну из маленьких картонных коробок и выбрал одну из книг в ней наугад, чтобы посмотреть. 

Я был удивлен, увидев, что я выбрал «Sorcerie de Demonologie» графа Жана Луи де Хаммаиса. Раньше я читал перевод Мортисона, но, хотя я не мог читать на старофранцузском, я был потрясен кощунственными гравюрами, которые придавали книге мерзкую и злую ауру. Как правило, будучи вовлеченным в различные оккультные темы в течение нескольких лет, гравюры в старых книгах меня не беспокоили. Но в этих гравюрах была невыразимая чуждость.

Утомленный от вида отвратительных действий, изображенных на иллюстрациях, я задремал. 

Перед моим мысленным взглядом порхали видения дома, друзей и событий на съезде. И тут появились сцены неизвестной красоты и ужаса. Я видел зловещие формы таинственного, вечного, полукосмического затонувшего города Р’льех, пустынные владения рептилий Рхигнту, города, названного в честь Кетцалькоатля, дома Йига и Вольтийига, и потерянного континента Куи, который вибрирует между вселенными, где опасный и внушающий страх Куйаген вершит суд над чудовищами, которые когда-то были первыми обитателями Земли. 

Затем меня окружили некоторые из Великие Древних – Ктулху, Йомагн’тхо, Хастур, Йидхра, Шуб-Ниггурат и Апоколотот. И Ньярлатотеп… стоящий отдельно, как подобает Посланнику… стоящий важно, закутанный с головы до ног в бледно-желтый плащ с капюшоном… носящий такую же бледно-желтую маску – это должен быть Ньярлатотеп! 

Остальные Великие Древние исчезли, оставив форму Ньярлатотепа и меня в туманности, окрашенной в бледно-желтый цвет. Тогда он заговорил голосом, который мог принадлежать только богу. 

– Смертный! Ты и твой друг изучали тайны, окружающие Великих Древних. Обычно мы позволяем вам делать это, чтобы мы могли вернуть то, что когда-то принадлежало нам. Но настало время. Ваши действия могут вызвать рябь в ткани времени и пространства, что предупредит наших врагов. Поэтому вам не стоит продолжать.

Наблюдайте… 

Ньярлатотеп поднял свою укрытую желтым руку и взмахнул, указывая куда-то слева от меня. Взглянув туда, куда он указал, я увидел клубящийся туман, который двигался по окружности и расширялся, словно это была дыра в пространстве – черном, беззвездном пространстве, как можно было ожидать. Я двинулся влево, всматриваясь в темноту этого не-тумана. Видение того, что я увидел там, навечно было выжжено в моем мозгу! Это были изуродованные останки моего друга Александра Дениелса! 

В своем сознании я кричал и кричал. По-видимому, по крайней мере один из этих криков вырвался из моего рта, потому что я проснулся, когда Алекс тряс меня. 

– Марк! Проснись, у тебя кошмар! 

Наконец, мое дыхание начало успокаиваться, а мой разум вернулся под мой контроль, также помог стакан жидкости, который принесла мне стюардесса. Я пришел в себя и откинулся на спинку кресла, остальная часть полета была бедна на события, кроме нашей пересадки в Нью-Йорке. 

Мы приземлились в аэропорту Уэстпорт в Плейнс, забрали наш автомобиль со стоянки, загрузили коробки с книгами и поехали обратно в Амостон. Когда мы пересекли реку Дуэйн и железнодорожные пути, ведущие в Амостон, я почувствовал себя спокойнее впервые с момента моего кошмара на борту самолета. 
Но все же слова Ньярлатотепа отразились в моем сознании, и видение через кружащееся отверстие в тумане все еще дрейфовало перед моим мысленным взором. 

Как только мы доставили все в нашу квартиру, Алекс попросил меня помочь ему сравнить старое французское издание тома де Хаммаиса с английским переводом Мортисона. После моего неожиданного кошмара в самолете я совсем не хотел вникать в старые знания, но, наконец, согласился на это. Пока Алекс готовил стол с двумя томами и собирал бумагу и карандаши, я открыл том Мортисона и обнаружил экслибрис (1) со словами «Не вывозить». Таким образом, навязчивая идея Алекса заставила его украсть книгу. Это заставило меня задуматься, заплатил ли он за все книги, которые мы привезли из Англии. 

Алекс устно переводил со старого французского на английский, а я сверял текст в издании Мортисона, делая заметки об ошибках и расхождениях. Еще до того, как мы закончили с первой страницей, мы обнаружили, что Мортисон не перевел введение или предисловие: 

«Прежде чем читать то, что написано здесь, читателю следует знать, что я включил в том вещи, которые могли бы, если их не держать под контролем, уничтожить разум практикующего и весь мир, как мы его знаем. 

Во многих книгах до этого было отмечено, что человек не был первым разумным существом, населяющим эту планету, и он не будет последним. Те, кто пришел раньше, живут в тех пространствах, о которых мы не ведаем, и они снова вернутся, когда звезды займут правильное положение. Они правили этой планетой до прихода человека, но были изгнаны из-за своей мерзости и порочных практик. Они ждут только времени, когда снова смогут править там, где правили раньше. 

Читатель должен быть предупрежден. Заклинания и вызовы, записанные здесь, могут дать им временное освобождение от их принудительного рабства. Хотел бы я не написать ни единого слова для этой кощунственной книги, но это предупреждение для всего человечества». 

Мы продолжили: Алекс читал старый французский, переводил устно на английский, а я сравнивал его перевод с переводом Мортисона.

Наконец, мы завершили перевод примерно в середине октября. 
– Что ты думаешь об этом, Марк? – спросил меня Алекс, когда мы закончили. 

– Вначале я думал, что все это выдумка, создание не совсем здорового ума. Теперь я не знаю, что думать… Что ты собираешься делать, Алекс? 

– Я собираюсь избавить тебя от того скептицизма, что еще стался в тебе. Помни, я один из избранных. 

– Выбранный для чего? – начал было я, но передумал. Было бы лучше дать Алексу продолжать свое безумие, чем попытаться вмешаться в него. Может быть, его скептицизм восстановится. 

– Вот копия раздела из книги графа, которую я собираюсь попробовать. Если это сработает, мы сможем вернуть Владыку Ктулху в его законные владения. 

Он протянул мне лист бумаги, и я вздрогнул, когда прочитал. 

«Из всех слуг Великих Древних никто не верен более, чем Джанай`нго, Хранитель и Ключ Водяных Врат. Омара Глубины можно вызвать только в канун Дня Всех Святых в полночь. Джанай`нго требует принесения в жертву девственницы. Она должна быть помещена на алтарь за пределами большого круга, охватывающего пентаграмму. Построение пентаграммы должно быть сформировано таким же образом, как для призыва Великого Ктулху, Владыки и Хозяина Джанай`нго. Последующий призыв должен зазвучать, когда кровь жертвы свободно потечет: 

«Iä! Iä! Janai’ngo! Janai’ngo! Mylrtn yh igpstn y’rgo syh’v gt zn drak’lu smr zn dral’ku smr Rhiiklu! Janai’ngo! Janai’ngo! Ai! Ai!» 

Также практикующий должен быть предупрежден о том, что этот призыв является достаточно сильным, чтобы сдержать Омара в течение получаса. Завершив все, он должен повторять следующее: 

«Iä! Janai’ngo! Mylrtn ys igpstn y’rgo dnlq gt zn drak’lu smr Rhiiklu! Я приказываю тебе!» 

Затем Джанай`нго вернется в свое подводное обиталище под водами залива Рхийклу. Гнев Бога Омара – невозможно созерцать и пережить». 

Я отдал лист бумаги Алексу. Затем он сказал мне, что собирается отправиться по магазинам за теми ингредиентами, которые нам нужны. После того, как он ушел, я начал печатать копию нашего перевода «Sorcerie de Demonologie». На следующий день мы взяли его и убедили библиотекаря в Библиотеке Эндрю Уотсона запереть наш перевод в хранилище библиотеки. 

У нас был жертвенник, жертвенный нож и большой круг, охватывающий пентаграмму, изображенную в библиотеке нашей квартиры в канун Дня Всех Святых. 

Мне было интересно, где мы собираемся раздобыть девственницу, чтобы пожертвовать Джанай`нго, когда Алекс внезапно вернулся домой с Хеленой Уолтерс, светловолосой первокурсницей, которая работала в университетской библиотеке. Алекс сказал мне, что он пригласил ее на ужин. К тому времени, когда ужин был окончен наполовину, стало очевидно, что он подмешал наркотик в ее вино. 

– Она выйдет из сна незадолго до полуночи, – сказал он, подтверждая мои подозрения. 

Он подхватил ее вялое, одурманенное тело и перенес из столовой в нашу библиотеку, которая станет сценой для вызова Джанай`нго. Я встал из-за стола и последовал за ним. 

Когда я вошел в библиотеку, он уже заканчивал привязывать девушку к жертвенному алтарю перед пентаграммой. Мы подошли к шкафу и надели черные одежды с капюшоном для церемонии. 

Я направился к пентаграмме и зажег черные свечи в ее остриях. Как только они все были зажжены, я погасил верхний свет в библиотеке. Когда я снова встал в центре пентаграммы, я наблюдал, как Алекс зажигает черные свечи в каждом из четырех углов алтаря, а после жестоко срывает одежду с девушки. Он вернулся, чтобы встать рядом со мной, когда выполнил свою садистскую задачу. Затем… мы ждали. 
Ожидание казалось бесконечным, и мое беспокойство неуклонно росло, когда я вдруг услышал слабый стон, раздавшийся от женской фигуры, привязанной к жертвеннику. Препарат перестал действовать. 

– Ох…, – снова застонала Хелена Уолтерс. Она тяжело задышала, когда сознание полностью вернулось к ней, и она поняла, что привязана к алтарю и обнажена. 

– О, где я? Почему я привязана? Где… где моя одежда! 

– Не нужно сражаться с неизбежным, мисс Уолтерс… Хелена, – сказал Алекс. – Ты будешь принесена в жертву, которая будет видна Великим Древним как знак того, что Их возвращение близко. И как только Джанай`нго откроет Свои Водяные Врата, Великий Ктулху вынырнет из своего бессмертного сна в затонувшем Р’льехе. Затем Хастур возникнет из озера Хали у Каркозы, Апоколотот из Энно-Лунна, Куйаген вернется из Куй, Йомагн’тхо из Феркарда, а человечество – за исключением слуг и избранных Великими Древними – будет обречено! 

Девушка смотрела на нас глазами, наполненными страхом, когда мы начали повторять призыв к Джанай’нго. Она продолжала биться в путах вплоть до того момента, когда увидела, как я вытащив изогнутый, жертвенный нож из своих одежд, шагнул из окруженной пентаграммы и погрузил его в ее грудь и глубоко в глубины ее сердца. Ее нервный крик отразился в моем сознании… как и сейчас. Ее кровь выплеснулась из отверстия в груди и ручейками потекла по алебастровой коже ее обмякшего тела. Где-то колокол возвестил о часе полночи. 

Черная туманность появилась над алтарем, когда я шагнул назад в пентаграмму. Мы с Алексом оба потеряли дар речи и были практически парализованы страхом перед появлением неизвестного.

Более легкая туманность начала смещаться, бурлить и застывать в форме, которую невозможно увидеть даже в самых ужасных кошмарах. 

То, что выступило из этой туманности, было совершенно чуждо, и это можно было описать только как два кальмароподобных придатка, заканчивающиеся клешнями омара. Придатки мгновение извивались и скручивались над алтарем, прежде чем обрушились вниз и вырвали неподвижную форму Хелены Уолтерс из ее путов. Отростки и тело исчезли в темной туманности над алтарем. 

Мы с Алексом ждали возвращения Джанай’нго на этот план, чтобы мы могли продолжить открытие Водяных Врат. Мы напрягали глаза, вглядываясь в туманную черноту, пытаясь различить хоть какую-нибудь форму там, хоть какое-нибудь движение, кроме волнения туманности, чего угодно – ничего… 

А затем раздался единственный звук далекого колокола, обозначающий полчаса. Наша тридцатиминутная аудиенция с Джанай’нго завершилась. Что же будет с нами? Мое сознание вызвало воспоминания о моем кошмаре в самолете, но ему не позволили остановиться на нем, потому что Алекс внезапно ожил и вытолкнул меня из пентаграммы к дверям библиотеки. 

Он крикнул: 

– Я обречен, Марк! Но спаси себя! Убирайся отсюда! 

Мне не нужно было задавать вопросы и не требовалось дальнейших побуждений, я открыл дверь и захлопнул ее за собой. Хотя для того чтобы закрыть дверь мне потребовалось меньше секунды, и я только мимолетно бросил взгляд в покинутую мной библиотеку, прежде чем выскочить из здания, то что я увидел навсегда отпечаталось у меня в мозгу. Сквозь уменьшающееся отверстие двери я увидел, как два придатка с их клешнями вынырнули вновь из черной туманности над алтарем. И то, что следовало за этими двумя придатками, было безумной формой, которая никогда не могла быть рождена в этой вселенной, оно было совершенно чуждо моим представлениям о природе. Увидев полное проявление Джанай’нго, я удивляюсь, как можно было его назвать Омаром Глубины. Сравнивать это существо, хоть и имеющее клешни, напоминающие клешни омаров, с ракообразными этой планеты – с таким телом – является полным безумием. К счастью я избавился от его созерцания, когда закрылась дверь. 

Когда я мчался по нашей квартире, а затем спускался по лестнице на улицу, я слышал, как Алекс повторяет обряд изгнания. Поверх голоса Алекса я услышал другой голос, который должен был принадлежать тому, что было Джанай’нго. И эти слова смутно напоминали человеческие, но были непонятны для моих ушей. Или я слышал их в своем мозгу? В середине песнопения Алекс прервался, разразившись вторым мучительным воплем за этот вечер. 

Видимо, я потерял сознание прямо перед входной дверью нашего многоквартирного дома. Там меня и нашли власти. Они также нашли то, что осталось от тела Алекса, и обвинили меня в убийстве. Я избежал тюремного заключения, будучи объявленным сумасшедшим. 

При описании событий, произошедших десять лет назад, моя память все набирает обороты. Я вспомнил предупреждение Ньярлатотепа и слова Джанай’нго, когда я покидал нашу квартиру. Теперь я знаю, что он – это – говорил. 

«Беги человек! Мало кто спасается от моего гнева! Я не пробуду долго на этом плане, так что ты можешь с нетерпением ждать нашей встречи через десять лет!» 

Прошло уже десять лет. Десять лет? И снова канун Дня Всех Святых! Сегодня ночью! И уже почти полночь! 
Под потолком образуется темная туманность. Нет! Азатот защитит меня! Йомагн’тхо! Йог-Сотот!… 

Чарлтон, Канзас (AP). Отвратительное убийство было совершено вчера в «Бенсом Эсайлум». Изуродованные останки Марка Эндрюса были обнаружены в его закрытой камере доктором Генри Дарроу. Сотрудники полиции все еще ведут расследование, но пока неизвестен ни один подозреваемый, и не было найдено используемое им оружие. 

Около десяти лет назад Эндрюса обвинили в убийстве Александра Дениелса. Адвокат Эндрюса подал петицию об умопомешательстве, и Эндрюс был помещен в «Бенсом Эсайлум» для безумных преступников. 

Доктор Дарроу сказал, что «изуродованные останки Марка Эндрюса почти идентичны фотографиям и описаниям останков его жертвы десять лет назад». 

1 Экслибрис (от лат. ex libris – «из книг») – книжный знак, удостоверяющий владельца книги. Экслибрис наклеивается или проставляется печатью на левый форзац.

Перевод
Роман Дремичев​

LOVECRAFTIAN
LOVECRAFTIAN
lovecraftian.ru

Мы рады что вы посетили наш проект, посвященный безумному гению и маэстро сверхъестественного ужаса в литературе, имя которому – Говард Филлипс Лавкрафт.

Похожие Статьи