Наш проект, посвящен литературному
гению Г. Ф. Лавкрафту и феномену,
что он породил, обобщенный единым
термином «лавкрафтиана».

Если у вас есть вопросы, то напишите нам
на электронный почтовый адрес:
contact@lovecraftian.ru

Назад

Лавкрафт: Поэзия: Ундина, Морская невеста

С ува­же­ни­ем посвя­ща­ет­ся Мори­су Уин­те­ру Моу, эсквай­ру, с его доз­во­ле­ния.
Деструк­тив­но-демо­ни­че­ская дра­ма дак­ти­лем в серии страш­но­ва­тых, сума­сшед­ших, сле­зо­то­чи­вых строф.
.
“Ego, canus, lunam cano.” *)
—Maevius Bavianus.

Чер­ные ска­лы над морем навис­ли,
Тем­ную отмель покры­ла вода.
Мрач­ные кам­ни вну­ша­ют мне мыс­ли
О вре­ме­нах, что ушли в Нико­гда.
.
Тихо вода лижет глад­кие кам­ни –
Слу­шаю плеск этот милый с тос­кой;
Здесь рука об руку, — шеп­чет вол­на мне, –
С Ундой бро­дил ты, неве­стой мор­ской.
.
То были юно­сти дни золо­тые,
Све­жей, как бриз над про­сто­ром морей.
С радо­стью при­нял око­вы люб­ви я,
Радост­но было ей звать­ся моей.
.
Было неваж­но ей, где родил­ся я,
Я не рас­спра­ши­вал, где ее дом.
Моря и бре­га дары при­ни­мая,
Счаст­ли­вы были, как дети, вдво­ем.
.
Раз лун­ной ночью, порою при­ли­ва,
Мы на высо­ком сто­я­ли мысу;
В куд­ри впле­ла она веточ­ки ивы,
Собран­ной в пти­чьем весе­лом лесу.
.
Взгляд ее, вниз устрем­лен­ный, был стран­ным,
В лун­ном сия­нье пред­ста­ла она,
Буд­то заво­ро­же­на оке­а­ном,
Тем­ной, как ночь, дикой, слов­но вол­на.
.
И, потря­сен, средь немолч­но­го гула,
Я уви­дал, как, не гля­дя назад,
Неж­ная Унда по скло­ну скольз­ну­ла
Вниз, где валы меж кам­ня­ми бур­лят.
.
Шти­лем сме­ни­ло­ся буй­ство при­боя;
Унда по влаж­ным пес­кам про­нес­лась,
Раду­ясь встре­че с пучи­ной седою,
И, пома­нив меня, скры­лась из глаз.
.
Дол­го по бре­гу бро­дил я уны­ло,
В небе луна совер­ши­ла свой круг,
Ночь перед хму­рой зарей отсту­пи­ла,
Грудь раз­ры­ва­лась от тягост­ных мук.
.
Всю­ду искал я ее по все­лен­ной,
Рыс­кал в пустыне, моря бороз­дил.
Как-то средь бури, в волне бело­пен­ной
Образ помстил­ся мне, нежен и мил.
.
Так и ски­тал­ся, не зная покоя,
Не раз­би­рая в печа­ли дорог,
Ныне же вновь слы­шу гро­хот при­боя
Там, где ушло мое сча­стье в песок.
.
Чу! Лун­ный диск пока­зал­ся баг­ро­вый
Взо­ру изму­чен­но­му сквозь туман;
Гроз­ный и пол­ный вели­чия зло­го,
При­зрач­ный блеск свой лия в оке­ан.
.
Пря­мо на брег, где стою я, поте­рян,
Вдруг про­тя­нул­ся мер­ца­ю­щий мост.
Манит шаг­нуть он, про­зра­чен, неве­рен,
К сфе­рам, где гре­зы вита­ют меж звезд.
.
Что за лицо там в неяс­ном сия­нье?
Той, кем поки­нут я, слы­шу ли зов?
Мости­ком лун­ным спе­шу на сви­да­нье,
Сам под собою не чуя шагов.
.
Вол­ны лас­ка­ют меня, колы­ха­ясь,
Образ люби­мой вда­ли меня ждет.
Свет­лой дорож­кой, молясь, зады­ха­ясь,
Я тороп­люсь все впе­ред и впе­ред.
.
Вот уж виде­ние бли­же, яснее,
Воды смы­ка­ют­ся над голо­вой.
Кон­че­ны муки, наве­ки я с нею,
С Ундою вме­сте, неве­стой морской.

Эпилог

Как тот глу­пец, что жерт­вой Унды пал,
Безум­но в море стра­сти уто­пал,
Юнцы теря­ют, усту­пив соблаз­ну,
И муже­ство, и разум без­об­раз­но.
Печаль­но зреть, как стра­стью уязв­лен,
Пред Хло­ею кон­фу­зит­ся Стре­фон;
Тос­ка берет от жалост­но­го вида
Утра­тив­ше­го свой тро­фей Пели­да.
О, бра­тья! Тот избег­нет мно­гих зол,
Кто гонит от себя ковар­ный пол.

*) “Я, ста­рик, пою луну” (лат.) — псев­до­ци­та­та из выду­ман­но­го авто­ра, имя кото­ро­го мож­но при­мер­но пере­ве­сти как “Мэвий Бавий­ский”, веро­ят­но, от имен рим­ских поэтов Бавия и Мэвия, упо­ми­нав­ших­ся Вер­ги­ли­ем и Гора­ци­ем и став­ших нари­ца­тель­ны­ми име­на­ми занос­чи­вой без­дар­но­сти. Неиз­вест­но, суще­ство­ва­ли ли они на самом деле.

Unda (имя, сто­я­щее в ори­ги­наль­ном назва­нии сти­хо­тво­ре­ния) — это латин­ское “вол­на”.
В пере­во­де я заме­няю его на более нам при­выч­ное “Унди­на”.

Далее — ком­пи­ля­ция из Вики­пе­дии и др. интернет-источников:

В фольк­ло­ре ряда наро­дов Евро­пы унди­ны — духи воды, русал­ки, ним­фы, наяды.

Мифы о них весь­ма многочисленны.

Это пре­крас­ные девуш­ки, ино­гда с рыбьи­ми хво­ста­ми, кото­рые выхо­дят из воды и
рас­че­сы­ва­ют свои вели­ко­леп­ные воло­сы, пени­ем и кра­со­той завле­кая пут­ни­ков в глу­би­ны.
Могут погу­бить их или сде­лать воз­люб­лен­ны­ми в под­вод­ном царстве.

Счи­та­ет­ся, что унди­ны — духи моло­дых жен­щин, покон­чив­ших с собой из-за несчаст­ной любви.

**
Муж­чи­ны со склон­но­стью к музы­ке не раз пыта­лись сой­тись с унди­на­ми, ибо хоро­шо извест­но,
что те сочи­ня­ют и наиг­ры­ва­ют на сво­их арфах заме­ча­тель­ные мелодии.

**
Толь­ко тот, кто доста­нет вол­шеб­ный цве­ток папо­рот­ни­ка, может сво­бод­но любо­вать­ся на лег­кую, гра­ци­оз­ную пляс­ку водя­ных кра­са­виц и слу­шать их пле­ни­тель­ное пение;
он даже может под­чи­нить ундин сво­ей власти.

**
«Эти девы, выхо­дя при све­те луны на поверх­ность вод и бере­га’, поют и водят хоро­во­ды, помра­чая сво­и­ми пес­ня­ми ум юно­шей, они схва­ты­ва­ют их в объ­я­тия и вме­сте с ними кида­ют­ся на дно озёр, рек и источ­ни­ков,
где дарят сво­ею любо­вью, и где года и века про­хо­дят как мгновенья… »

«Кра­со­та их обо­льсти­тель­на, очи бле­стят, как небес­ные звез­ды, а рас­сы­пан­ные по пле­чам куд­ри шеле­стят и зве­нят оча­ро­ва­тель­ной музы­кой; как ско­ро чело­век заслы­шит музы­ку их куд­рей, он впа­да­ет в непро­буд­ный сон…»

«Если чело­век под­даст­ся на обо­льще­ние, его затем либо убьют, либо сде­ла­ют сво­им возлюбленным … »

«По скан­ди­нав­ским воз­зре­ни­ям, чело­век, попав­ший одна­жды к унди­нам, уже не воз­вра­щал­ся назад на зем­лю, исто­щен­ный их ласками».

**
Соглас­но Пара­цель­су — как духи воды, унди­ны вхо­дят наря­ду с гно­ма­ми, силь­фа­ми и сала­манд­ра­ми в “алхи­ми­че­ский квар­тет” элементалов.

**
Мэн­ли П. Холл заме­ча­ет: “Унди­ны.. при­сут­ству­ют бук­валь­но вез­де, где есть вода. Когда унди­ны вид­ны,
они напо­ми­на­ют гре­че­ские ста­туи богинь. Они под­ни­ма­ют­ся из воды, оку­тан­ные тума­ном, и не могут
дол­го суще­ство­вать вне ее.”

**
Ино­гда унди­ны всту­па­ли в брак с людь­ми на зем­ле, так как полу­ча­ли при этом бес­смерт­ную чело­ве­че­скую душу, осо­бен­но если у них рож­да­лись дети. Эта послед­няя леген­да лежит в осно­ве сред­не­ве­ко­вых рома­нов о Мелю­зине, о рыца­рях Темрин­ге­ре и Шта­уф­фен­бер­ге­ре. Мно­гие писа­те­ли, осо­бен­но поэты роман­ти­че­ской шко­лы, охот­но поль­зо­ва­лись ска­за­ни­я­ми об унди­нах. Наи­бо­лее извест­ны повесть де Ламотт-Фуке “Унди­на”, пере­ве­ден­ная сти­ха­ми на рус­ский язык В.А.Жуковским, сти­хо­тво­ре­ние Гейне “Ich weiss nicht, was soll es bedeuten…” (Лоре­ляй), сказ­ка Андер­се­на “Руса­лоч­ка”, поэ­ма Т.Готье “L’ondine et le рecheur”.
На сюже­ты об унди­нах напи­са­ны опе­ры Гоф­ма­ном (ком­по­зи­тор и писа­тель-роман­тик) и Лорт­цин­гом;
писа­ли опе­ры на этот сюжет так­же и рус­ские ком­по­зи­то­ры — Львов и Чай­ков­ский
(послед­ний уни­что­жил свое произведение). 

Переводчик

Физик, кан­ди­дат физи­ко-мате­ма­ти­че­ских наук, про­грам­мист, автор сете­вых лите­ра­тур­ных игр, переводчик.

Оставьте Отзыв

Ваш адрес email не будет опубликован.

Мы используем файлы cookie, чтобы предоставить вам наилучшие впечатления. Политика Конфиденциальности