Наш проект, посвящен литературному
гению Г. Ф. Лавкрафту и феномену,
что он породил, обобщенный единым
термином «лавкрафтиана».

Если у вас есть вопросы, то напишите нам
на электронный почтовый адрес:
contact@lovecraftian.ru

Назад

Лавкрафт: Страшный старик

The Terrible Old Man

1920

Както раз Андже­ло Рич­чи, Джо Чанек и Ману­эль Силь­ва наду­ма­ли загля­нуть на ого­нек к Страш­но­му ста­ри­ку. Ста­рик живет совсем один в обвет­ша­лом доме по Водя­ной ули­це, что про­хо­дит по само­му бере­гу моря; его счи­та­ют неве­ро­ят­но бога­тым и столь же неве­ро­ят­но дрях­лым, что не может не заин­те­ре­со­вать пред­ста­ви­те­лей той почтен­ной про­фес­сии, кото­рой все­це­ло посвя­ти­ли себя гос­по­да Рич­чи, Чанек и Силь­ва и кото­рая ино­гда попро­сту име­ну­ет­ся грабежом.

В Кинг­спор­те о Страш­ном ста­ри­ке гово­рят и дума­ют нема­ло тако­го, что до поры до вре­ме­ни избав­ля­ло его от визи­тов джентль­ме­нов вро­де мисте­ра Рич­чи и его кол­лег – и это несмот­ря на упор­ные слу­хи об огром­ных богат­ствах, хра­ня­щих­ся гдето в нед­рах его затх­лой и мрач­ной оби­те­ли. Ста­рик этот и впрямь не без стран­но­стей (гово­рят, что в свое вре­мя он был капи­та­ном кли­пе­ра и мно­го раз ходил к бере­гам Индии); о его воз­расте мож­но лишь стро­ить догад­ки, ибо никто из мест­ных ста­ро­жи­лов не пом­нит его моло­дым и лишь очень немно­гие могут похва­стать­ся тем, что зна­ют его насто­я­щее имя. Сре­ди узло­ва­тых дере­вьев, сгру­див­ших­ся перед фаса­дом его вет­хо­го жили­ща, ста­рик раз­ме­стил доволь­но необыч­ную ком­по­зи­цию из огром­ных кам­ней, столь при­чуд­ли­во рас­став­лен­ных и рас­кра­шен­ных, что на ум неволь­но при­хо­дят идо­лы из какогонибудь древ­не­го восточ­но­го хра­ма. Эта свое­об­раз­ная выстав­ка отпуг­ну­ла от дома не одно­го сорван­ца из чис­ла тех, кто любит подраз­нить ста­ри­ка на пред­мет его длин­ных седых волос и боро­ды или запу­стить в его под­сле­по­ва­тое окно парой под­вер­нув­ших­ся под руку пред­ме­тов. Впро­чем, есть там и такое, что спо­соб­но отва­дить даже вели­ко­воз­раст­ных граж­дан Кинг­спор­та, кото­рые порой под­кра­ды­ва­ют­ся к дому, что­бы бро­сить взгляд внутрь через пыль­ные стек­ла. По их опи­са­ни­ям, посре­ди нежи­лой ком­на­ты на пер­вом эта­же сто­ит стол, а на сто­ле нали­че­ству­ет мно­же­ство стран­ной фор­мы буты­ло­чек, внут­ри каж­дой из кото­рых нахо­дит­ся кусо­чек свин­ца, под­ве­шен­ный на лес­ке напо­до­бие маят­ни­ка. Но это еще дале­ко не все: мно­гие утвер­жда­ют, буд­то Страш­ный ста­рик гово­рит с буты­лоч­ка­ми, назы­вая их по име­нам – Джек, Мече­ный, Дол­го­вя­зый Том, ДжоИспанец, Питерс и Дру­жи­ще Эллис, и, когда он обра­ща­ет­ся к какойнибудь из них, заклю­чен­ный в ней маят­ник начи­на­ет совер­шать опре­де­лен­ные дви­же­ния как бы в ответ. Те, кто хоть одна­жды заста­вал высо­ко­го и тоще­го ста­ри­ка за подоб­ной бесе­дой, вряд ли захо­тят пови­дать его еще раз. Но Андже­ло Рич­чи, Джо Чанек и Ману­эль Силь­ва были людь­ми не мест­ной заквас­ки. Они при­над­ле­жа­ли к тому ново­му раз­но­шерст­но­му пле­ме­ни, кото­ро­му были совер­шен­но чуж­ды тра­ди­ции и сам уклад жиз­ни неболь­ших ново­ан­глий­ских посе­ле­ний; в их гла­зах Страш­ный ста­рик был всегонавсего жал­кой, почти бес­по­мощ­ной раз­ва­ли­ной, кото­рая не мог­ла пере­дви­гать­ся ина­че, как опи­ра­ясь тря­су­щи­ми­ся рука­ми на тол­стую суч­ко­ва­тую пал­ку. Им было даже посвоему жаль оди­но­ко­го и нелю­ди­мо­го стар­ца, от кото­ро­го все шара­ха­лись и кото­ро­го обла­и­ва­ли почем зря все окрест­ные псы. Но дело есть дело, а для гра­би­те­ля, всю душу вкла­ды­ва­ю­ще­го в люби­мое ремес­ло, ничто не пред­став­ля­ет тако­го соблаз­на, как ста­рый и немощ­ный чело­век, кото­рый не име­ет сче­та в бан­ке, а в дере­вен­ской лав­ке опла­чи­ва­ет свои скром­ные потреб­но­сти золо­ты­ми и сереб­ря­ны­ми моне­та­ми, отче­ка­нен­ны­ми пару веков назад.

Для сво­е­го визи­та гос­по­да Рич­чи, Чанек и Силь­ва избра­ли ночь на две­на­дца­тое апре­ля. Бесе­ду с убо­гим ста­рым джентль­ме­ном взя­ли на себя мисте­ры Рич­чи и Силь­ва, а мистер Чанек в это вре­мя дол­жен был ожи­дать их воз­вра­ще­ния с уве­си­сты­ми, как пред­по­ла­га­лось, гостин­ца­ми в кры­том авто­мо­би­ле на Кора­бель­ной ули­це, пря­мо напро­тив калит­ки в стене, ограж­дав­шей вла­де­ния госте­при­им­но­го хозя­и­на с тыль­ной сто­ро­ны. Все было устро­е­но с таким рас­че­том, что­бы в слу­чае непред­ви­ден­но­го появ­ле­ния поли­ции они мог­ли спо­кой­но и тихо уда­лить­ся, не доку­чая стра­жам поряд­ка ненуж­ны­ми объяснениями.

Как и было услов­ле­но, трое иска­те­лей при­клю­че­ний отправи­лись на дело порознь, дабы впо­след­ствии не стать объ­ек­та­ми вся­че­ских зло­на­ме­рен­ных пере­су­дов. Мисте­ры Рич­чи и Силь­ва встре­ти­лись на Водя­ной ули­це у глав­ных ворот ста­ри­ков­ско­го дома. Хотя при виде мрач­ных кам­ней под лун­ным све­том, стру­ив­шим­ся сквозь узло­ва­тые вет­ви дере­вьев, им ста­ло слег­ка не по себе, они реши­ли быть выше дурац­ких суе­ве­рий – тем более что им и без того хва­та­ло забот. Ибо впе­ре­ди их жда­ла доволь­но непри­ят­ная обя­зан­ность – раз­го­во­рить Страш­но­го ста­ри­ка на пред­мет накоп­лен­ных им сокро­вищ, а ста­рые мор­ские вол­ки, как извест­но, люди упря­мые и несго­вор­чи­вые. И все же он был слиш­ком немо­щен и стар, а их какникак было двое. Мисте­ры Рич­чи и Силь­ва достиг­ли боль­ших высот в искус­стве делать несго­вор­чи­вых людей сло­во­охот­ли­вы­ми, а вопли сла­бо­го и сог­бен­но­го лета­ми стар­ца мож­но было лег­ко заглу­шить. Поэто­му они без коле­ба­ний напра­ви­лись к един­ствен­но­му осве­щен­но­му окну и, загля­нув в него, уви­де­ли ста­ри­ка, непри­нуж­ден­но бесе­до­вав­ше­го со сво­и­ми буты­лоч­ка­ми. Герои натя­ну­ли мас­ки и веж­ли­во посту­ча­ли в обшар­пан­ную дубо­вую дверь…

С точ­ки зре­ния мисте­ра Чане­ка, бес­по­кой­но ерзав­ше­го на сиде­нье авто­мо­би­ля у зад­ней калит­ки дома Страш­но­го ста­ри­ка по Кора­бель­ной ули­це, ожи­да­ние чтото уж слиш­ком затя­ну­лось. Обла­дая необык­но­вен­но чув­стви­тель­ным серд­цем, он не мог спо­кой­но выно­сить душе­раз­ди­ра­ю­щие кри­ки, доно­сив­ши­е­ся из ста­ро­го дома с того само­го момен­та, как про­бил час нача­ла опе­ра­ции. Раз­ве он не про­сил сво­их кол­лег вести себя как мож­но веж­ли­вее с несчаст­ным ста­рым капи­та­ном? Нерв­ни­чая, он неот­рыв­но сле­дил за узень­кой дубо­вой калит­кой в уви­той плю­щом камен­ной стене, часто погля­ды­вал на часы и не пере­ста­вая дивил­ся, чем мог­ла быть вызва­на такая задерж­ка. Может быть, ста­рик умер, так и не успев назвать место, где спря­та­ны моне­ты, в резуль­та­те чего воз­ник­ла необ­хо­ди­мость в тща­тель­ном обыс­ке? Мисте­ру Чане­ку очень не нра­ви­лось это ожи­да­ние в кро­меш­ной тьме, да еще и в таком месте. Нако­нец он уло­вил чьито мяг­кие, при­глу­шен­ные шаги на дорож­ке за сте­ной, услы­шал скрип ржа­вой щекол­ды и уви­дел, как отво­ри­лась узкая тяже­лая калит­ка. Свет един­ствен­но­го улич­но­го фона­ря был неве­рен и тускл, и ему при­шлось напрячь зре­ние, что­бы рас­смот­реть, что же вынес­ли его дру­зья из зло­ве­ще­го дома, чьи очер­та­ния смут­но мая­чи­ли непо­да­ле­ку. Но он уви­дел совсем не то, что ожи­дал: не двое его кол­лег, а Страш­ный ста­рик соб­ствен­ной пер­со­ной сто­ял в воро­тах, опи­ра­ясь на свою суч­ко­ва­тую пал­ку и ска­ля щер­ба­тый рот в отвра­ти­тель­ном подо­бии улыб­ки. Нико­гда рань­ше Чанек не обра­щал вни­ма­ния на цвет его глаз; теперь он уви­дел, что они желтые…

В малень­ком горо­диш­ке любое, даже пустя­ко­вое собы­тие может наде­лать мно­го шуму, пото­му сто­ит ли удив­лять­ся, что жите­ли Кинг­спор­та всю вес­ну и все лето толь­ко и гово­ри­ли, что о трех неопо­знан­ных тру­пах, выне­сен­ных на берег при­ли­вом. Тела были так ужас­но искром­са­ны, слов­но их рубил саб­ля­ми целый эскад­рон, и так ужас­но истоп­та­ны, как буд­то по ним про­шел­ся бата­льон сол­дат в тяже­лых ботин­ках. Коекто даже пытал­ся увя­зать эти собы­тия с таки­ми, на пер­вый взгляд, баналь­ны­ми веща­ми, как пустой авто­мо­биль, обна­ру­жен­ный на Кора­бель­ной ули­це, или совер­шен­но нече­ло­ве­че­ские кри­ки, слы­шан­ные в ночи бди­тель­ны­ми горо­жа­на­ми и изда­вав­ши­е­ся, ско­рее все­го, какимнибудь без­дом­ным живот­ным или пере­лет­ной пти­цей. Но все эти досу­жие дере­вен­ские домыс­лы нисколь­ко не инте­ре­со­ва­ли Страш­но­го ста­ри­ка. Он был от при­ро­ды нелю­дим, а для ста­ро­го без­за­щит­но­го чело­ве­ка это явля­ет­ся луч­шей гаран­ти­ей спо­кой­но­го суще­ство­ва­ния. К тому же сей ста­рый мор­ской волк во вре­ме­на сво­ей дале­кой и уже поза­бы­той моло­до­сти навер­ня­ка бывал сви­де­те­лем и куда более дра­ма­ти­че­ских событий.

Переводчик

Рос­сий­ский пере­вод­чик. Родил­ся в семье слу­жа­щих. Окон­чил факуль­тет ино­стран­ных язы­ков Сверд­лов­ско­го госу­дар­ствен­но­го педа­го­ги­че­ско­го инсти­ту­та (1984). Рабо­тал пере­вод­чи­ком на ком­би­на­те «Элек­тро­медь» (1985–1986), затем в Сверд­лов­ском тех­но­ло­ги­че­ском инсти­ту­те (1986–1988), в област­ной дет­ской боль­ни­це № 1 (с 1992).

Оставьте Отзыв

Ваш адрес email не будет опубликован.

Мы используем файлы cookie, чтобы предоставить вам наилучшие впечатления. Политика Конфиденциальности